Fade to Black

Объявление

WELCOME TO NEW YORK!
апрель 2016 года, на месте взрыва на Манхэттене еще оседает пыль.
В городе объявлен красный, высший уровень террористической угрозы, некоторые требуют ввести военное положение. Манхэттен изолирован от внешнего мира - на выездах из боро, на мостах и в тоннелях, выставлены кордоны Национальной гвардии.
Все еще только начинается.
Must read
О проекте Сюжет Список персонажей Занятые Внешности Навигация по матчасти Нужные и акции от АМС

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fade to Black » Human reality » trainspotting


trainspotting

Сообщений 121 страница 130 из 130

1

http://s4.uploads.ru/t/4ox9P.gif

0

121

Этот звук хлопающих крыльев, гудящая в ушах кровь... Нет, подумал Марк, и в самом деле хлопают крылья — только нездешних птиц, а если уж разо­браться, то и не птиц вовсе.
Он не мог и представить, что случится дальше. Он сознательно пришел сюда, и даже если сейчас про­изойдет какая-то немыслимая перемена — будь что будет. Она ждала его с того самого мгновения, когда дом вдруг возник перед его глазами, как сказочный дворец поднимается из залитой туманом долины.

0

122

В холодильнике нашлась еда, в баре — выпивка. Я стянул рубаху, сгреб бутылку «Джека Дэниэлса» и рухнул на диван. Именно тогда я увидел пластинку на стереопроигрывателе, истертый диск «Инжектором втиснутые сны». Цвета на конверте потускнели до того, что были почти неразличимы, «стингрэй» и глаза Шарлен стали бледно-зеленого химического цвета.
Именно тогда я не выдержал и разрыдался.
Иссякнув, я некоторое время пил из бутылки, потом снова не выдержал. Так продолжалось всю ночь; передо мной проплывали образы Шарлен. То, как она выглядела в огромном зале на Авалоне, пропитанном солнцем; то, как она улыбалась.

0

123

Удивительно, что ведьмы приходят к Макбету в момент наивысшего триумфа его жизни. Он одержал победу в двух битвах; он герой, и все вокруг любят его — и в этот момент появляются ведьмы. Шекспир как бы предупреждает: самые уязвимые моменты твоей жизни — отнюдь не те, когда ты разбит, уничтожен и раздавлен. Такие времена тяжелы, но еще тяжелее жить в тот момент, когда мир дает тебе все, о чем ты мечтал. ©

0

124

Слышно, как мэр опять встал за столик и передвигает на нем какие-то металлические предметы.
А потом подходит ко мне.
Вот он, мой конец, совсем близко.
Конец.
Прости, думаю я. Прости, прости…
Мэр кладет руку на мое плечо, я пытаюсь ее стряхнуть, но он не отстает и упорно давит на меня. Я не вижу, что мэр держит в другой руке, но он подносит это к моему лицу, и я чувствую: оно твердое, железное и холодное, полное боли, и готовое причинить боль мне, готовое отобрать у меня жизнь. Внутри открывается черная яма, я хочу забраться в нее и спрятаться от всего этого кошмара, глубокая яма… Мне конец, я не смогу отсюда вырваться, он убьет меня, а потом и ее, ничего не поделаешь, у меня больше нет шансов, нет жизни, нет надежды, ничего нет.
Прости.

0

125

— А если я это сделаю… — выдавливаю я. — Если я вам скажу, вы ее спасете?
— Сделаем все, что нужно, — кивает мэр.
Без боли я вообще не чувствую своего тела. Я кажусь себе призраком, сидящим на стуле, — ослепленным и вечным.
Будто бы я уже умер.
А если ничего не болит, как понять, что ты жив?
— Мы сами творим свою судьбу, — говорит мэр. — Ни больше ни меньше. Я бы хотел, чтобы ты принял правильное решение и повиновался мне. Я бы очень этого хотел.
Под компрессами — одна чернота. И больше ничего.
Я один.
Наедине с его голосом.
Я не знаю, что делать.
Я ничего не знаю.
(что мне делать?)
Но если есть хотя бы один шанс, хотя бы один…
— Разве это такая уж большая жертва, мальчик? — спрашивает мэр, прислушиваясь к моим мыслям. — Разве новая жизнь ее не стоит?
Нет, нет, я не могу. Он лжец и убийца, нельзя его слушать…
— Я жду.
Ведь она может выжить, он может ее спасти…
— Скоро я спрошу тебя последний раз, Тодд…
Я поднимаю голову. От этого движения один компресс немного съезжает, и я щурюсь на свет, щурюсь в лицо мэру.
Оно пустое, как и всегда.
Пустая, безжизненная стена.
Все равно что разговаривать с бездной.
Я сам — как бездна.
Отвожу взгляд. Упираюсь глазами в пол.

0

126

Los lunes. Mañana. La muerte. Cuatro largos de la conferencia.

Te mire.

Tú sonres.

¿Me?

Yo como reproductor, que siempre necesita recargarse, donde la memoria juega un papel de ca.

Una sonrisa. La grabación. Rebobinado. Repetir.

Hasta el infinito.

¿Tú sonres?

¿De quién?

Отредактировано Ryan O'Neil (2017-08-27 08:58:26)

0

127

В октябре бродит дождь возле тёмного дома.

Он цветам даст надежду, а мне только грусть.

Барабанит по стёклам мотив, мне ещё незнакомый,

я его повторить не могу и поэтому злюсь.

Выхожу на крыльцо со старой любимой гитарой,

на ступенях промокших усталого дождика след,

улыбается робко, садится застенчиво рядом,

он цветам даст надежду, а мне, может быть, даст ответ.

Я поймаю губами последний вздох сигареты:

дым горчит, я задумался, дождик привычно притих.

Мы вдвоём просидим на крыльце до прихода рассвета

и сыграем немного не в такт незнакомый мотив

Отредактировано Ryan O'Neil (2017-08-27 09:06:42)

0

128

Не предай меня, думаю я.
Не оставь меня.
(но она оставила)
(она ушла)
А я умер.
Внутри — я мертв, мертв, мертв.
Ничего живого не осталось.

0

129

  Ты идешь по стеклянному асфальту, по тонкой нити растянутых во тьме светлячков и ласковые огни бросаются в твои широко распахнутые зрачки. Над твоей головой небо - темное и прозрачное, подсвеченное изнутри зелеными отсветами фар. Под ногами - тоже небо, только серебристо-оранжевое, скользкое и шелестящее, как опавшая листва.  Ты не знаешь, кто ты и откуда, ты едва помнишь свое имя, ты идешь сквозь ночь, наугад... но в твоей поникшей руке зажат сложенный вчетверо листок с адресом. Несколько коротких, ничего не значащих слов, второпях записанных на клочке линованной бумаги неровным чужим почерком.©

0

130

0


Вы здесь » Fade to Black » Human reality » trainspotting


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC