Fade to Black

Объявление

The New York Observer
Убийца отца практически дышал ей в затылок, и эти еле ощутимые вибрации мертвеца, который обязан гонять по лёгким воздух, чтобы издевательски посмеиваться, липким чувством бессилия бежали по коже. Будто собака из эксперимента Селигмана, Клэр осознавала: новая боль наступит, и с этим ничего не сделать

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fade to Black » Wandering in the shade » cellar door


cellar door

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.imgur.com/dXAC04Y.png

CHLOE SHERMAN, JOHN CRAWFORD

14 мая, клиника им. Маклина
Просто двое друзей и немного таблеток

0

2

В прошлые выходные сварили со старшим кузеном Адилем напалм на прощание, а то этот дурак решил заключить с государством контракт и уезжал на долгих три года служить на каких-то там островах Тихого океана. Кузен был клевый, но так и не объяснил, что ему та армия. Лично Хлое ни острова, ни Тихий океан ничего плохого не сделали, но кто же ее будет спрашивать?
Точнее занимательной химией занимались трое: она, кузен и дед, внезапно нагрянувший как та испанская инквизиция. Молча посмотрел, что эти двое, включая единственную внучку среди толпы разновозрастных шлимазлов, творят, а когда речь все-таки прорезалась, заявил что они оба-двое поца ин тухес и ничего страшнее пельменей им доверить нельзя в принципе.   
Хлоин напалм, по возрасту, был самый простой: соляра с бензином да мылом – горит ярко, удовольствия на пару часиков.
Кузен просто смешал бензин с ацетоном и пенопластом.
Дед, удовлетворивший свое желание обругать внуков всеми затейливыми словами, показал мастер-класс при участии гудрона и солярки. Откуда у мирного психиатра могли быть такие навыки родичи дальновидно спрашивать постеснялись.
…Короче, волос Хлоя не лишилась лишь чудом, а кузену все равно пришлось бы скоро с прической-«ежиком» ходить.
А так время сэкономили.

На входе в отделение она показала пропуск: «Джон Кроуфорд, второй этаж, палата 23». Без пропуска кто тебя свободно пропустит в психушку, где, казалось бы, даже картины бдят согласно завещанию Юлиуса Фучика, что уж про медсестер говорить?
Судя по выражению лица регистратора, та явно колебалась между желанием выставить школьницу вон, чтобы не мешала лечению – первейший из принципов которого – покой – и все-таки допустить посетительницу до пациента, состояние которого было плачевным не физически, а морально. С чего бы, тогда, в самом деле, обычному подростку пытаться убить собственного преподавателя? Как знать, может, общение с подругой окажет более выраженное воздействие, чем тишина больничной палаты, в которой юному мистеру Кроуфорду все равно мариноваться еще очень-очень долго... В конце концом регистратор вздохнула и махнула рукой. 
Линия обороны была прорвана.
- Привет! Как ты?
Джон Кроуфорд совершенно не походил на психа.
Уж в этом-то Хлоя, тысячу лет уже как ходящая к психологу, читающая нужные интересные книги (иначе как еще общаться с психологиней? Простите, миссис Стюарт, но мне нередко чудится всякое странное и непонятное…стоп-стоп, уберите этот шприц!), видящая однажды человека реально словившего «белочку» немножечко разбиралась.

+1

3

- Хлоя! Привет, - Джон был рад видеть ее - напополам со смущением из-за того, что она видит его в психушке, в больничном халате, обдолбанным вчерашним препаратом, про который доктор Крюгер сказал, что они «попробуют кое-то новое». Попробовали. Джон проспал двенадцать часов и все еще отчаянно хотел спать этим утром, зевая и бесцельно слоняясь между
сокамерников
других пациентов, зевая и не в силах приткнуть себя ни в какое занятие. Он жалел, что им нельзя кофе – высокий кортизол, стресс, накрепко противопоказанный школьным агрессорам и будущим насильникам. Но иногда его так не хватало, чтобы хоть немного прояснить мозг.
И сигареты.
Иногда не хватало сигарет, которые они с Лукасом и Хлоей выкуривали в лесу, пока весь лагерь спал. Они прятались в шалаше, который долго маскировали в низине, поросшей низкой травой и мхом, словно раньше в земле была трещина, вырытая колея глубиной в человеческий рост, теперь забытая всеми. Они натащили туда веток и картонок с кухни, сделав импровизированные сиденья, прикрывая их полиэтиленом на случай дождя. Ночью, когда вокруг было темно и ни души, только мошкара висела над костром, казалось,  что они одни на всем свете, и мир принадлежит только им.
Джон помнил лицо Хлои в теплом сиянии костра, как ее рыжие волосы отливали огнем в этом свете. Было странно видеть ее не там, а здесь, в серых стенах приемной залы.
Они ведь так  ни разу не виделись в Нью-Йорке.
- Так круто тебя видеть! – Джон был искренне рад и, сделав к Хлое шаг, задумался. Будь это Лукас или Стэн, он бы, не задумываясь, хлопнул друга по плечу или пожал руку, но с Хлоей дело было иное.
Джон прочистил горло и поднял уже двинувшуюся по привычному маршруту руку к затылку, неловко взъерошивая волосы. Черт. Нет, лучше к ней не прикасаться, наверное.
- Я, ну, прохлаждаюсь от учебы, как видишь, - он кивнул на комнату отдыха, где пациенты каждый занимался, чем хотел. – Ничего особенного. А ты как? Рассказывай. Как дела дома? Как школа? Виделась с кем-то из наших?
Он закидывал Хлою вопросами, потому что было гораздо проще, когда другие рассказывали о себе. Чем он, в самом деле, мог бы поделиться? Новыми безумцами? Рассказами про таблетки?
Пока он сидел в психушке, жизнь проходила мимо.
Джон старался об этом не думать, но об этом напоминало все вокруг

+1

4

Мальчишескую заминку, как и смущение, Хлоя милосердно предпочла не заметить. Ох уж эти мальчики. А, казалось бы, практически все прошлое лето провели вместе, более того – от одной зажигалки прикуривали.   
- Отойдем? – кивнула она на привлекательный угол с небольшим диваном и раскидистым цветком в кадке. И главное он немного скрывал сидящих от любопытных глаз психов и их смотрителей, которые временами ничем от подопечных не отличались.
- У меня, кстати, сюрприз есть….Щас…
Она скинула с плеча небольшой рюкзачок с разноцветными аппликациями. Воровато глянула по сторонам, убедилась, что двое школьников внимания не привлекают, и нырнула в рюкзак. Порылась в нем и вытащила пачку сигарет и зажигалку, запечатанных в пакетик от M&M's. Не дать, не взять простую шоколадку школьница вручает. 
- Спрячь каку, - быстро протянула она. – А то надзиратели увидят и выдадут пятнадцать лет строго режима. А меня пинком выпроводят и потом и на милю не подпустят. Девчонки в классе мне все мозги съели с этим выпускным балом, пофигу что до него еще целый год остался, надо бы тупо дожить, да и SAT бы сдать! Зомбибалоапокалипсис не иначе! Может тебе учебники принести? – хитро прищурилась она. – Заодно и прохлаждаться закончишь.
Хлое последний год мерещилась всякая пакость, будто иная вселенная прорывалась в их привычный, пропахший бензином, мир. Конечно, не стоило сбрасывать со счета банальное переутомление, но тогда было бы много скучнее. Поэтому пока она просто решила ни о чем не думать, жить, как живется и разбираться с проблемами по мере их поступления. Вроде бы даже получалось – по крайней мере, с внешней стороны все шло штатно: учеба, учеба и учеба во веки веков.
Но Хлоя не уверена была, что стоит это говорить Джону. Разве он чем-то поможет? Переволнуется еще тут, он и так выглядел не весело…
- С Лукасом случайно столкнулись. Он тебе передает привет, не грустить, если что свистеть: будем вытаскивать из лап местных душеведов.
С этими ребятками можно хоть в разведку, хоть в клам-чаудер, хоть в ФАРК.
Странно, что после лагеря они так и ни разу не встречались. Только фейсбук! Только хардкор! Справедливости ради временами шли разговоры, что надо бы встретиться, но дальше разговоров так и не доходило. Вечно внезапно что-то случалось. Иногда Хлоя даже недоумевала, как же они умудрились встретиться в лагере: разные школы, разные будущие университеты (Джон – в Колумбийский, она, внезапненько, в МТИ), разные семьи (сведи в одной комнате ее отца и миссис Кроуфорд, вряд ли они найдут общее понимание), разное все.
Теми лагерскими ночами приходило давно забытое ощущение – нет, не защищенности, его со средней школы допускать нельзя – но, по крайней мере, спокойствия. Здесь.… Ну, вряд ли кому-то будет спокойно в психушке.   
- А у тебя тут как?

+1

5

- Отойдём, - кивнул Джон, осматривая помещение и медленно отступая вслед за Хлоей под прикрытие гигантского фикуса, изо всех сил пытаясь сдержать хулиганскую ухмылку. Они были как тайные спецагенты в шпионских фильмах или как наркоторговцы, и от сладкого щекочущего чувства, которое сопровождало эту игру – словно все понарошку – Джону внезапно стало легко и хорошо. С Хлоей легко было представить, что все это – понарошку, и больница, и пижама, и таблетки – все это исчезнет, как только они перестанут играть свои роли. Или сменят одну роль на другую.
Джону хотелось бы, чтобы за пределами клиники оказалась другая реальность, в которой он был бы кем-то другим.
- Что это? Отмычка и деньги на подкуп охранников? - Джон ухмыльнулся, протягивая руку к упаковке конфет.
Он скользнул пальцами по гладкой поверхности упаковки, нашаривая знакомые строго перпендикулярные очертания сигаретной пачки. Тень воспоминаний вспыхнула яркими разноцветными драже, от которых шёл сладкий аромат кондитерской, смешанный с горьким сигаретным дымом.
Тепло ее руки. Пальцы Хлои, забирающиеся внутрь и забирающие по одной.
Каково это - быть сладкой конфетой у неё во рту.
Мысль обожгла влечением, которое было сильнее стыда, и потому вызывало еще больший стыд.
Видение вспыхнуло и угасло. Джон моргнул, заливаясь краской и отчаянно надеясь, что не ляпнул сейчас чего-нибудь вслух. Что она не заметила.
Бросило из жара в холод. Джон провел тыльной стороной ладони по лбу.
- Ээм, - пауза, и Джон поднял с пола пачку и сунул в карман больничного халата. – Спасибо.
Он отчаянно искал, за что бы зацепиться в беседе. Кажется, он прослушал половину того, что Хлоя ему сказала про учебу и выпускной бал. Выпускной бал, да,  точно.  Который он благополучно проебал, но есть люди удачливее него, можно и за них порадоваться.
- Уже решила, с кем пойдешь? – он прикусил язык.
Блин. Черт. Да что он несет, еще же слишком рано. Или нет
бляблябля
- А Лукасу тоже привет, - Джон поторопился перевести тему еще раз. – И передай ему, что он засранец.
Лукас ведь мог бы и сам прийти, а не передавать через подругу. А вот в том, что Джона надо вытаскивать из психушки, Джон сильно сомневался.
Все-таки карандаш – серьезное покушение на убийство. Было бы смешно, если бы не было взаправду херово.
Джон сделал паузу. Нахмурился. Херово, наверно, он сейчас смотрится. С путающимися мыслями, галюнами и трясущимися от волнения руками. Иногда ясность мыслей казалась зыбью на воде – вот-вот поймаешь, но нет.
Никогда не удавалось.
Сейчас она решит, что лечение его совсем придурком сделало.

0


Вы здесь » Fade to Black » Wandering in the shade » cellar door


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC