Fade to Black

Объявление

WELCOME TO NEW YORK!
апрель 2016 года, на месте взрыва на Манхэттене еще оседает пыль.
В городе объявлен красный, высший уровень террористической угрозы, некоторые требуют ввести военное положение. Манхэттен изолирован от внешнего мира - на выездах из боро, на мостах и в тоннелях, выставлены кордоны Национальной гвардии.
Все еще только начинается.
Must read
О проекте Сюжет Список персонажей Занятые Внешности Навигация по матчасти Нужные и акции от АМС

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fade to Black » Castles of glass » Три знака предопределения


Три знака предопределения

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

ERIC WERNER LILY O'BRIEN

2 мая, 42nd Street, +20

Описание  будет позже

Отредактировано Eric Werner (2017-12-04 14:41:04)

+1

2

"Только не сорваться. Не сегодня. Не сейчас".
Признать себя алкоголиком оказалось на удивление легко,  мысль эта не вызвала у Вернера ни малейшего внутреннего протеста. Люди, склонные к зависимости, нередко этим кончают, если не доходят до деградации более разрушительного порядка.  Он ведь даже позвонил и записался на приём и сейчас должен был сидеть в кабинете перед мисс Холлидэй  и отвечать на каике-то её вопросы или просто рассказывать о себе.  О чем рассказывают пациенты психологов?
Этого Вернер не знал. Вспоминались какие-то обрывочные сценки из  фильмов и расхожие шутки  - но и только. И ведь он даже не назвал своего имени, записался под вымышленным. И почему бы обычному, ничем не примечательному парню по имени Кейн Лоуренс не поделиться своими проблемами с милой мисс Холлидей. Или не милой. Может  она толстая грымза в очках с диоптриями -6  и выпирающей вперед челюстью?  Хорошо бы...
На приём к толстухе в очках стоит и сходить, чтобы отвлечься, или даже развлечься. Развлекаются же некоторые женщины шопингом и походами по салонам, мужчины  зависанием в спортбарах или чтением анкет на сайтах знакомств.  Наверняка есть и такие, кто ходит к психоаналитику, полагая это приятным времяпрепровождением.
Офис мисс Холлидэй находился на другой стороне улицы. И она его ждала. Эрик уже почти решился  и готов был пройти до ближайшего перекрестка, как вдруг увидел знакомую фигурку, двигавшуюся навстречу в  пестром человеческом потоке.
.
Узнал  её почти сразу. А в следующий миг их взгляды встретились.
Он помахал рукой, давая понять девушке, что заметил её и направился наперерез, ловко огибая прохожих.
- Давно не виделись, -  после обычного приветствия сообщил он, - и в обычной своей манере запросил максимум важной информации, используя минимум слов, - Спешишь?  Куда?

Не надо было назначать вторую встречу на сегодня почти сразу после первой.  Вернер подумал, что, проведи он этот день в полном одиночестве дома ли,  в мастерской ли - с бОльшим интересом отправился бы на приём. А так… почти два часа разговоров с заказчиком вымотали его.  Впору было вспомнить юношеские рассуждения о всякой экстрасенсорике, метафизике, энергетических вампирах и толковании снов.  А ведь когда-то его всё это даже занимало.  Но, как оказалось лишь потому что всей этой ерундой вдохновенно страдала Моника. Она бы точно назвала мистера Томпсона, немолодого, кругленького, лысеющего агентишку,  вампиром – настолько утомительным было общение с ним.
«Я передам ваше желание встретиться лично своему патрону, - заявил Томпсон наконец, явно устав объяснять художнику, почему это невозможно, - но ничего не могу обещать».
Не будь этот странный заказ столь интересным,  Вернер послал бы Томпсона с его таинственным хозяином. Но, так или иначе, дело, похоже, сдвинулось с мёртвой точки.  Томпсон, возвратил Вернеру уже третью папку с эскизами,  и часть из них была принята заказчиком.  А еще передал в пластиковом файле  три карты – оригиналы, чтобы  художник мог как можно точнее воссоздать  недостающие в колоде карты, подобрав  бумагу нужной плотности. А так же, работая с цветом, ориентировался не на сканированные изображения, а на  те оттенки, которые сохранились непосредственно на картах.   

Он мог бы сказать Лили, что она чудесно выглядит, но совершенно забыл о таком пустяке, как дежурный комплимент,  поняв вдруг, что  буквально вчера невольно воссоздал её профиль, рисуя одного из персонажей карты аркана «Влюблённые».  Заурядный, как любой правильный и пропорциональный профиль, который легко назвать красивым и нелегко сказать, а чем же именно он красив. Воспоминание об этом вполне оправдывало заявление:
- Не поверишь, вчера о тебе думал.

+2

3

Начало мая выдалось теплым, на удивление даже жарким. Лили могла носить свой тонкий джемпер с белым воротом, напоминавший об университетских годах – теперь, когда она не была скована дресс-кодом, носить такие вещи было даже приятно.
Не красное платье.
Когда она была сама с собой, можно было делать что угодно.
Этим вечером она собиралась напиться. В холодильнике стояла непочатая бутылка вискаря, который она разбавит колой. Возможно, это поможет избавиться от гадливого ощущения, которое преследовало последние несколько дней. Хорошая пьянка, а потом хорошее похмелье, и проблемы кажутся уже не такими серьезными, как головная боль и тошнота.
Клин клином вышибают. 
Свернув на 42-ю, Лили скользнула взглядом по потоку людей, и не сразу поняла, что машет мужчина ей, а потом не сразу узнала его. А узнав, замедлила шаг, не обращая внимания на то, как прохожие толкаются и задевают ее вещами, не успевая обогнуть. Эрик Вернер. Господи, невероятно.
Она подошла ближе и отошла вместе с ним в сторону от движения пешеходов. По-дружески и неловко обняла, отдавая дань необходимости не только испытывать эмоции, но и как-то демонстрировать их собеседнику. Замерла, разглядывая лицо.
Глаза, один голубой, второй темно-карий, придавали лицу Эрика знакомую двойственность, завораживающую разделенность. Кто-то говорил, что он носит линзы, чтобы эпатировать публику. Лили было все равно.
Она рассматривала художника, узнавая.
- Не спешу, - улыбнулась Лили. Она пыталась прочитать по его виду, что произошло за эти несколько лет – но не могла. Бегство через несколько штатов, одиночество, обида - это стирало добрую память о прошлом не хуже, чем хороший разряд электрошока, которым еще лечили одаренных в дальних уголках страны. И все же она была рада видеть Эрика Вернера, и вспоминать его было приятно. Он не был причиной или фактором ее отъезда. И не вписывался в привычную систему знакомств: не маг, не  друг семьи, не ученый, - и потому повидаться с ним было как глотнуть свежего воздуха. В перенаселенном столетними магами городе, лопающемся от дурной силы, как переспелый плод, жили еще и нормальные люди.
О некоторых вещах легко забыть, когда сужаешь круг общения. Было неожиданно приятно, что ее не забыли.
- Думал? Правда? – Лили улыбнулась, не пытаясь скрыть удивление и растерянность. Социальные ориентиры были штукой предельно зыбкой. Сколько лет прошло с тех пор, как они последний раз виделись?
Ей было неловко, что она не следила за его жизнью издалека.
- Можем посидеть где-нибудь, выпить кофе. Расскажешь, о чем думал. И как ты теперь живешь. Как творчество, семья, - предложила Лили. Дальше по улице было кафе. Открытая веранда на солнечной стороне кишела людьми, уставшими от дождя и холода затянувшейся весны. – Если не торопишься ты.
Это была приятная встреча. Лили готова была поспорить на все сто, что жизнь Эрика Вернера проходила куда интереснее ее собственной, в которой примечательной была лишь одна история. Которую охотно слушали, выискивая важные зацепки, и  потом жалели о потраченном времени, не найдя их.
Лили хотела бы охотно послушать истории Эрика Вернера. Он ассоциировался с сочными теплыми цветами его картин, и разговоры с ним были такими же.

+2

4

Картинки прошлого, случайные встречи, приятные, не ставшие обременительными знакомства,  за которыми нет общих историй, переживаний, трагедий и сожалений нет-нет, но всплывают в жизни каждого человека, достаточно долго живущего на одном месте.  Эрик же не мыслил себя без Нью-Йорка или Нью-Йорк без себя, а потому не особенно удивлялся, когда  город, тасуя колоду из бесчисленных вероятностей, лиц и  событий, выбрасывал на поле реальности совпадения.
Объятие Лили показалось ему несколько неловким и оттого куда более естественным, нежели изящное, отточенное прикосновение рук какой-нибудь медийной особы,  ежесекундно держащейся так, словно на неё направлены объективы камер.  И эта естественность невольно тронула, как трогает людей живых и не утративших способность чувствовать всё настоящее.
- Всё отлично, - влажно блеснули зубы в широкой  улыбке. Вот только в глазах Вернера в этот момент не было блеска.
О своих проблемах с Моникой и её адвокатом – такой же сухой и тощей сукой, только в коричневых и серых костюмах, Вернер если бы и рассказал кому-то сегодня – то скорее незнакомой мисс Холлидэй, а не этой славной девчонке.
Мимолётные встречи должны оставлять в душе приятные и тёплые воспоминания с ароматом кофе.
- Более того, я настаиваю на  кофе, - он  тронул кончиками пальцев левой руки угол большой, кожаной папки, которую держал подмышкой, - и даже покажу тебе свидетельство «воспоминаний».

Кто-то из его клиентов,  по рассказам агента,  завел котенка с гетерохромией и назвал Вернером. И в бесконечных калейдоскопически-фрактальных совпадениях, существование этого кота значило не больше, чем профиль Лили О`Брайен на карте Таро.

Зато Вернер отчетливо понял, что он сделает, когда будет рисовать карту по принятому заказчиком эскизу.  Профили «Влюбленных» будут  одинаковыми, словно у близнецов.
Вдохновение – вещь крайне нелогичная.
- Здесь недалеко есть приятное кафе, - добавил он, - если бы обратила внимание на ту – он взмахнул рукой в том направлении, откуда пришла Лили, - красную вывеску.

Вывеска сообщала всем прохожим о том, какими видами кофе можно насладиться, если рискнуть оказаться по ту сторону темного,  почти непрозрачного стекла входной двери.
- Дай угадаю, - Вернер с комично-умным видом склонил голову к правому плечу, оценивающе взглянул на собеседницу и изрёк, - ты любишь латтте!
А в следующий миг заулыбался, нимало не волнуясь о том, насколько точным оказалось его предположение и жестом предложил Лили  сделать те самые пару десятков шагов, что отделяли их от забегаловки.

+2

5

- Отлично, - повторила Лили с улыбкой, глядя на Эрика. Она ждала, что последует комментарий. Как именно отлично. Счастливая семья, дети хорошо учатся, новая выставка получила шквал восторженных отзывов. Что-то, чем можно было пощеголять, резюме социальных достижений. Конечно, Эрик хвастуном не был, но поделиться «Отлично» Эрика Вернера было таким же малоинформативным, как «я в порядке», которое Лили держала в топе своих дежурных фраз. 
Она ничего не добавила: легкость общения подразумевала лёгкость отношения. В этом городе царил культ успеха и широких улыбок, которые полагалось демострировать даже с простреленной коленной чашечкой.
Лили не умела, но старательно подражала.
- Свидетельство? – она с интересом посмотрела на папку, которую художник держал подмышкой. – Прямиком из мастерской? 
Смысл его слов дошел до нее не сразу, а когда дошел, Лили удивленно посмотрела на художника.
- Только не говори, что... – она улыбнулась, недоверчиво нахмурившись. – Не может быть. Это надо срочно запить латте. Такая новость, - Лили смущенно заправила прядь за ухо, пытаясь придумать, что сказать. – Пойдем?
Когда они вошли внутрь, Лили заметила тёмное пятно, метнувшееся от стола к распахнутой двери подсобки. Внутри звякала посуда. Играла негромкая музыка. Женщина рядом с копной рыжих волос поставила чашку на стол, расплескав чай. Не отрываясь от разговора с подругой, начала вытирать стол. Тонкие пальцы с ярко-алыми ногтями, похожими на когти коршуна, цепко держали салфетку. Кольцо на пальце еле ощутимо пульсировало в такт пульсации Тени. Лили заметила, что женщина задержала взгляд на ней. Не кивнув друг другу, но отметив присутствие, они обе отвернулись.
- Пойдем туда? – Лили нацелилась в угол, подальше от других посетителей.  Несмотря на внешнюю непримечательность, кофейня имела некоторый богемский шик: темно-серые стены, яркие ковры и подушки на грубых деревянных скамейках, покрытых лаком. Лили устроилась в углу.
- Сразу закажете или попозже? – милая латиноамериканка в униформе положила перед ними меню. Лили бросила вопросительный взгляд на Вернера.
- Мы... – Лили осеклась, когда ощутила, как что-то теплое и шерстяное прошлось по ее ноге под столом.
-Мрряу, - котенок хватанул когтями цветастую подушку и неуклюже забрался на скамейку. Лили подхватила его. Шерсть была серой и мягкой, а котенок – невесомым.
- Стивен, - осуждающе сказала официантка и добавила что-то на испанском. Лили не поняла фразу, и котенок, потершись об ее руку, спрыгнул на пол с глухим стуком.
- Простите, - официантка улыбнулась Лили. Впервые она обратила внимание, что на шее у официантки две цепочки, и если на одной она носила крестик, то вторая явно была предназначена не для иконки Богоматери.
В ее лице явно было что-то кошачье.
- Все в порядке, - ответила Лили. Локус лежал в ее кармане нетронутый, но, как любой артефакт, он волновал Тень. В помещении, где все остальные были обычными людьми, маги выделялись сильно. Маги и перевертыши.
Но Эрик об этом не знал. Лили помнила, что он положительно отнесся к Раскрытию, и прославился на его волне. Как бы такой человек, как он, воспринял раскрытие магов?
Не слишком ли далеко она заходит?
- Латте, пожалуйста, - сказала Лили, улыбаясь официантке. Та обернулась к Эрику с блокнотом.

+2

6

Интерьер кафе, где они с Лили оказались, вызвал у Эрика  закономерный интерес, но отнюдь не  профессионально-оценивающий.  Колоритные места часто создавали своё, особенное настроение, а оно перетекало во вдохновение и в конце-концов рождалась идея.  И даже если идея, в своём конечном воплощении никак не была связана с тем, что натолкнуло на неё, художник точно помнил, с чего всё началось.
У каждого полотна есть история – даже у банального пейзажика, старательно написанного способным самоучкой. Но эта история не интересна никому, кроме создателя, если речь идет о картине за пятьдесят долларов – чтобы только окупить затраты на холст и краски.

Присутствие котенка  в таком заведении Вернера немного удивило, а совершеннейшая наглость серого исследователя жизни  вызвала  улыбку.
Когда же Лили заказала латте, улыбка Вернера сделалась совершенно теплой, мягкой и слегка ироничной. Они были совершенно не в тех отношениях, чтобы эта девушка  пыталась ему понравиться,  подтверждая своим заказом его предположение, но даже если это являлось лишь  проявлением вежливости – вышло мило.
Он заказал двойной эспрессо.
Наверное ему показалось, что молодые женщины как-то подчеркнуто внимательно посмотрели друг на друга. В конце-концов, это же не бар для вечерних знакомств с определенной целью.
- Что-нибудь еще?  - официантка черканула название в своём блокноте и  уставилась на Вернера своими выразительными глазами миндалевидной формы.
- Решим позже, - Вернеру хотелось  не столько показать Лили  эскиз для карты шестого аркана Таро, но увидеть её реакцию.
Притом он, зная, что мало кто из людей хорошо  помнит свой профиль по фотоснимкам, или достаточно долго изучал его, разглядывая себя в  двух зеркалах, даже не рассчитывал на узнавание.
Официантка кивнула и удалилась, соблазнительно покачивая округлыми бедрами.
Походка у неё была по-кошачьи плавной и грациозной.
Вернер  устроил папку таким образом, что нижний край оказался у него на коленях,  а сама она опиралась на край стола, расстегнул её и стал перебирать листы с эскизами, отыскивая нужный.
- Вот! – он жестом фокусника резко вытянул нужный лист и  подал его девушке.
На эскизе, в рамке, ограничивающей размер картинки согласно пропорциям карты, под аркой увитой плющом стояли юноша и девушка, одетые так, словно сошли с картин  Лото или Веронезе.  Они смотрели друг на друга, и руки их застыли в жестах, выражающих естественное желание прикоснуться друг к другу. В центре арки сияло солнце  со змеящимися лучами-клинками,  и часть его диска представляла собой профиль тонкого месяца.
Справа и слева от солнца начертаны были знаки Марса и Венеры.
Их  необходимость вызывала у Вернера сомнения с самого начала, но теперь, после встречи с агентом заказчика, отдавшим ему несколько карт, Эрик был уверен, что должны быть совершенно другие знаки,  какие-то, сходные с теми, что оказались на  картах старших арканов «Смерти» и «Отшелшьника». Но какие? И был ли смысл в этих знаках, или они – всего лишь порождение фантазии того гения, который нарисовал сами карты.
- Узнаешь? – он дал девушке секунд тридцать, чтобы рассмотреть рисунок и счел, что для всяческих сомнений и предположений этого вполне достаточно.

Отредактировано Eric Werner (2017-12-14 22:27:47)

+2


Вы здесь » Fade to Black » Castles of glass » Три знака предопределения


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC