Fade to Black

Объявление

WELCOME TO NEW YORK!
апрель 2016 года, на месте взрыва на Манхэттене еще оседает пыль.
В городе объявлен красный, высший уровень террористической угрозы, некоторые требуют ввести военное положение. Манхэттен изолирован от внешнего мира - на выездах из боро, на мостах и в тоннелях, выставлены кордоны Национальной гвардии.
Все еще только начинается.
Must read
О проекте Сюжет Список персонажей Занятые Внешности Навигация по матчасти Нужные и акции от АМС

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fade to Black » Castles of glass » Сон разума рождает чудовищ


Сон разума рождает чудовищ

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

https://i.imgur.com/AATC67B.jpg

BLAS ZARAGOZA, RYAN O'NEIL, LILY O'BRIEN

вечер 29 апреля 2016 г., квартира Бласа Сарагосы, ясно
Ведь не бывает же коллективной галлюцинации. Или бывает?

0

2

Медленное движение лифта вверх по шахте напоминало движение вверх через толщу воды: упорное и неуклонное, но отчаянно медленное. Словно вырываться на поверхность из толщи воды. Или из тяжёлого сна. Тяжёлого сна, нагружённого обезболивающими и успокоительным. 
Таблетки она перестала пить уже на второй день – когда поняла, открыв глаза утром, что не может никуда пойти. И не хочет. Ее желания ограничились простым примитивным набором – спать, пить. Есть не хотелось. Ехать в банк восстанавливать карту, ехать в салон связи – все это казалось мутной и утомительной беготней. Ненужной. Лили не могла сказать, что вся ее жизнь осталась там, под мостом Мэдисон, набухшая от воды, под давлением ее толщи – но там были деньги, и записи, и мобильник, и приборы. Те самые списанные инструменты, которые она выцыганила у завхоза. И там осталось кое-что ещё – целый сгусток эмоций, выплюнутый в жадную толщу воды. 
Лили никогда не видела, как разрывается хрупкая ткань Завесы, как будто холодной зимой сквозняком распахивается дверь и дышит в тебя своим смертельным дыханием. Солт назвал это жерлом. Но жерло, которое открылось им, было холодным, как кожа мертвеца.
Роберт говорил когда-то, что Тень помнит каждого из тех, кто однажды вошёл в неё. Образ этот отпечатывается в ней, как след на песке. Как контур света – на сетчатке глаза. 
Лили чувствовала себя так, как будто Тень отпечаталась в ней. Как первая сигаретная затяжка, после которой никотин и табак оседают в легких и мерещатся в каждом запахе.
Поэтому она перестала пить успокоительные. Бездеятельное течение мыслей, которые засасывало в воспоминания о произошедшем, как в воронку, свело бы ее с ума быстрее, чем эта нервозная возбуждённость. 
В этом состоянии она согласилась бы даже прогуляться по небоскребу на подвесных тросах. Несмотря на боль в мышцах и суставах. Ссадины и синяки. Ноющую незажившую руку. Лили использовала бы любую возможность вернуться окончательно. Боль была мостиком к жизни. Солт был.
Теплый, живой, ласковый Солт, кожа которого на вкус была солоноватой. Как его имя. Как море.
- Привет.
Он был босиком, как в прошлый раз, в джинсах и белой футболке. Смуглый, загорелый – и ужасно красивый. Лили мгновение смотрела на него, чувствуя, как бешено колотится сердце, а потом шагнула вперед и обняла его левой рукой. Еще держа пакет в правой. Чувствуя его запах и тепло его кожи. Коротко, но крепко прижалась к магу, скользнула губами по колючей щеке. Поцеловала. 
- Рада видеть тебя, - шепнула в ухо и разжала объятия. Отступила, начала снимать плащ, не глядя на Бласа. Кровь прилила к щекам. Она понятия не имела, как вести себя с Солтом. Как правильно себя вести. Хотелось меньше радоваться, но не получалось.
- Я принесла еды. И вина.
Она долго выбирала, что подойдет для относительно неформальной встречи с человеком, который, как сказал Блас, мог кое-что рассказать. Про монстров. Остановилась на вине. Алкоголь был в списке запретов врача, но Лили уже решила, что знает лучше.
-Твой знакомый уже пришел? – Лили бросила взгляд в коридор, куда из гостиной лился мягкий свет. Стянула кеды, оправила платье. Ноги были в синяках. Еще больше было скрыто одеждой.

+1

3

- Еды? – удивился Солт, забирая пакет. – Но я вроде как не голодаю. И что выпить у меня тоже есть. Не стоило, милая сеньорит-та.
И почти сразу пожалел о сказанном. Нужно было поцеловать ее в ответ, когда мягкие губы совершенно неожиданно прижались к колючей щеке. С этим всегда возникали проблемы – всегда, когда оседаешь надолго на одном месте. Случайные связи в длительных командировках не в счет, там утро наступало гораздо позже и в тот момент, когда Блас Сарагоса исчезал где-то за горизонтом.
«Зря это было», - теплая и робкая радость Лили чувствовалась в каждом движении. А в зеркалах проступал призрак Велюр, которая была здесь же, в этой квартире, пару дней назад. Алая, как артериальная кровь, страсть тяжело билась жилой на виске. Солт помассировал ее пальцами, оставляя пакет на полу, спохватился, и помог О’Брайен cнять пальто.
- Выглядишь хуже для ничего-серьезного-Блас.
Движения и впрямь были слишком скованными для простого смущения.
Призрак Велюр бродил среди зеркал.
И от этого движения Солта наполнялись неловкостью.
- Его зовут Райан О’Нил. Он мой ученик. И он работает у меня.
Язык не повернулся назвать сыном. Так же, как немного ранее, когда они говорили с Лили по телефону – почему, не особо понятно. Казалось неуместным.
Как ты представишь ему О’Брайен?
…и Тагир прошептал.
Утро должно наступить не сейчас и не сегодня.
- Идем на кухню. Я приготовил мясо… Райан! У нас гости!
О’Нил наверняка был слишком увлечен теми безделушками, которые Солт достал для него из сейфа – книги и артефакты. Не стоило показывать такое ученику, не достигшему определенного опыта и порога зрелости.
Зрелость Райана наступила давно и мимо Бласа, в четырех стенах психиатрических клиник. Пакет остался стоять на столе.
- Разбери пока. Как ты чувствуешь себя, О’Брайен? – пальцы взяли за подбородок жесче, чем того хотел Солт, вздергивая его выше и заставляя смотреть в глаза. Голос звучал суше, чем следовало для ночи перед утром, которое не наступило.
Велюр вздергивала верхнюю губу в надменном оскале и пренебрежительно вела плечом из прошлого двухдневной давности. Что скажет Райан, когда увидит очередную пассию отца меньше, чем за неделю, после своей попытки жить самостоятельно почти месяц, сняв себе отдельную квартиру.
Увидит ли О’Брайен призрак Велюр в зеркалах.
На пальце Солта не было локуса.
- Кто такой Тагир?
- Мое проклятье.

Он все-таки поцеловал ее, не мог не поцеловать, прежде, чем О’Нил, отложивший книги, прошлепал не-босыми пятками на кухню. Губы Лили были мягкими и сладкими, словно О’Брайен съела вишню в сахаре прежде, чем переступить порог этого дома.
- Райан, это Лили О’Брайен, бывшая ученица моего знакомого. Лили, это Райан. Мой ученик.
Солт обнял О’Брайен раньше, чем закончил говорить – по-простому обозначая, свои права на женщину, с которой провел ночь.
- И мой сын.
Кухню заполнял одуряющий запах томящегося в духовке мяса.

Отредактировано Blas Zaragoza (2017-09-26 22:12:31)

+2

4

- Райан! У нас гости!
- Да, сейчас, - отзывается он, но идти на кухню, откуда доносится голос отца , не торопится.
Закладывает страницу книги листом со своими пометками, аккуратно убирает всё, что достал для него Блас, обратно в сейф и прикрывает дверцу.
На всякий случай. Потому что Райан не был уверен в том, что всё там находившееся, было абсолютно легальным.
  Гости тоже бывают разные.

Он  машинально приглаживает ладонью наверняка взъерошенные волосы, раздраженно хмурится и одергивает рукава рубашки вниз, чтобы не были заметны шрамы. Лишнее внимание О'Нил по-прежнему не любит, почти так же, как чью-то случайную жалость.

  Он идёт на кухню, по пути громко захлопнув дверь в свою комнату, чтобы обозначить своё присутствие и немного неловко кивает незнакомой девушке, которая за секунду до этого отстранилась от Бласа.
Райан вздергивает уголок рта в короткой усмешке - серьёзно, Блас? - потому что та выглядит едва ли старше самого О'Нила.

- Привет, приятно познакомиться, - хмуро говорит он, давая понять, что эта фраза просто дань вежливости, а на самом деле ничего приятного в новом знакомстве он не видит.

Райан достаёт кружку, наливает в неё кипяток и тянется за пакетом с растворимым кофе, чертыхается и в очередной раз одергивает задравшийся рукав.
- Бывшая ученица моего знакомого.-  Говорит Блас.
  На удивление нейтральная фраза, совсем не сочетающаяся с последовавшим за ней жестом собственника.

Райан хмыкает и насыпает в кружку три ложки кофе.
- Надеюсь, что это не многовековая традиция Круга, - он делает пару глотков из кружки и морщится - горячо - после чего нейтральным тоном заканчивает фразу - и мне не придется спать с этим твоим знакомым, когда я закончу свое обучение.
Если я до этого дня доживу, - оптимистично добавляет про себя О'Нил, делая ещё один глоток кофе и смотрит на отца.
- Ты звал, чтобы я просто поздоровался или по делу? Если первое, то я пойду. Не буду мешать вам... обмениваться опытом. Есть я все равно не хочу.
Он берет кружку, краем глаза замечая в пакете на столе бутылку вина и в очередной раз ухмыляется.

Миленько.
Прям ахуеть.

- У тебя там что-то горит, кажется. - Сообщает Райан, сдерживая злость и на секунду застывает. Стоп. Он что, ревнует?

+2

5

Блас морозился. Блас держался отстраненно и как будто скованно. Лили помедлила в прихожей, прежде чем последовать за ним на кухню, глядя в его спину. Приподнятое настроение как рукой сняло. Навалилась усталость и тяжесть, как если бы дали знать все ссадины, которые она получила, выбираясь из машины Курта Вагнера.
Не стоило.
Учту на будущее.
- Я попала в аварию. Немного ушиблась, - она хотела сказать ровно, но получилось деланно и сухо. Неестественно.
Лили прошла в кухню, избегая смотреть на Бласа. Начала выкладывать еду из пакета, думая только о том, что надо чем-то занять себя. А потом придет этот его ученик... Райан, и они начнут говорить, и она сможет отвлечься.
Лили помедлила, когда Блас заговорил. Ей следовало бы отстраниться, когда он взял ее за подбородок. Ей следовало бы отстраниться и держаться на расстоянии, как он держался в прихожей, потому что Лили чувствовала, что все не так, и ей не хотелось попадаться на его крючки, и думать о нем, и разгадывать эти загадки, потому что ответы ей не понравятся. Лучше всего было сделать вид, что ничего не было, потому что не стоило. Им обоим.
Но все было. Ее кожа помнила горячее прикосновение его ладони. Вкус его пальцев. Дыхание на шее. А сейчас он спрашивал, как она себя чувствует, глядя на нее холодным оценивающим взглядом медика.
«Если честно, как кусок дерьма, Блас Сарагоса»
- Я в порядке, - тихо сказала Лили, глядя ему в глаза. А когда Блас поцеловал ее, Лили не сдержалась и укусила его, и быстро отстранилась, надеясь, что это было больно.
А говорил, что не делает из жалости.
Лили отступила на шаг, когда в комнату вошел Райан. Слишком поздно, чтобы он ничего не заметил. Лили заметила, как он помедлил, и заметила насмешливый взгляд, которым он наградил то ли Бласа, то ли их обоих, и почувствовала, как щеки заливает горячая волна смущения.
- Привет, - сказала она, облизывая губы, на которых остался крепкий запах сигарет Солта.
Когда Солт сказал, что Райан - его сын, Лили замерла на мгновение и бросила на него удивленный взгляд.
Блас выглядел абсолютно серьезным, как и Райан. Райан, который выглядел ее ровесником.
Это могло объяснить многое, в том числе и слабо завуалированную агрессию.
Последняя реплика О’Нила, хотя он и обращался подчеркнуто не к ней, звучала как невесомая, но ощутимая пощечина, хлесткая и быстрая, и Лили растерялась на мгновение. Помедлив, Лили отстранилась от Солта и прислонилась к шкафу, скрещивая руки на груди. Глядя на сидящего за столом Райана О’Нила, сына Бласа Сарагосы. С которым ученице старого знакомого, конечно, делить было нечего.
Слишком много эмоций за последние пятнадцать минут. И становилось все больше.
- Не традиция, - сказала она, глядя на Райана. Сделала паузу. - Ученик и сын. Понятно. Не хочу никому мешать, - сухо добавила она, чувствуя, как с каждым словом в ней нарастает и крепнет злость. – Закончим быстро, и я уйду, - она посмотрела на Бласа и быстро отвела взгляд. Ее злость висела в воздухе, как напряжение электрического поля. Она чувствовала, как дрожит Тень в квартире от ее злости, перекликаясь с красноватым сверканием табло в лифте, указывающем на этаж, где находилась аномалия.
Пульсирует в такт.
Лили чувствовала, как Тень кормится ее эмоциями и возвращает больше. Она опустила взгляд на пол, пытаясь успокоиться. Тень льнула к ней, как пламя к бумаге, только протяни руку и зачерпни. Разнести все к черту магией в доме часового Круга – не лучшая, наверное, идея. Даже на эмоциях.
Лили облизнула губы.
- Блас сказал, у тебя есть информация о монстрах. Из Тени. Которые принимают облик людей. Что ты знаешь?

+2

6

Солт поморщился, коротко облизав пульсирующую горячим теплом губу, и с явным удивлением перевел взгляд с Лили на Райана. Возможно, и впрямь не стоило лезть к О’Брайен с поцелуями, но вот с О’Нилом что не так? Его-то он не пытался поцеловать после того, как трахнул и поставил в куда-то в конец длинного списка сексуальных партнеров, забив на вроде как обязательные проявления чувств и заботы.
«Что за хрень?»
Солт выключил духовку, потянул из нее противень, начиная злиться и, одновременно, надеясь, что проблем решится сама собой, без его участия. Покосился, меряя взглядом дислокацию обоих. Все это напоминало начало третьей мировой войны прямо здесь, на его кухне. Даже отказ от ужина – синхронный и в чем-то обидный для гостеприимного испанца.
«Поэтому такие и злющие, что вечно голодные и не жрете нихера кроме своего сухого второсортного фастфуда,» - добродушную попытку Солта облечь происходящее в шутку, сглаживая углы, безжалостно давил навязчивый шепот Тагира над самым ухом. Маг встряхнул головой, морщась, но шелест разъяренной Тени, щекочущей кожу, подсказывал, что древний не ошибался.
«Да пошли к черту, оба! Я не должен отказываться от еды только потому, что…»
Солт замер, прислушиваясь к холодящему ощущению под диафрагмой и тому, как бежали мурашки по загривку - в одно движение дорезал мясной рулет, подчеркнуто аккуратно откладывая нож в сторону и комкая в ладони кухонное полотенце.
Кто-то и впрямь кормил Левиафана, будил его своей возней, прямо здесь, в доме мага.
- Хватит, - громко произнес Солт с отчетливым арабским акцентом, опережая возможный ответ Райана на последний вопрос Лили.
«Не здесь. Не в твоем доме. Кому-то кроме тебя тревожить Тень,» - Тагир не хотел спускать ситуацию на тормозах. Тагир хотел показать двум зарвавшимся щенкам, кто является хозяином этого места и напомнить им о их слабости, и Солт шел у него на поводу.
Жест отрицания, успокоения сложился сам собой. Без локуса пальцы напряженно вздрагивали и нестерпимо жгло самую середину ладони. Блас вел рукой перед собой медленно, словно жест встречал физическое сопротивление воздуха.

- Сними кольцо, если Роберт не научил тебя, О’Брайен, держать свою магию под контролем.

Работать с Тенью без локуса – все равно что совать руку в пчелиный улей, пытаясь добраться до сот. Солт не знал, как сейчас выглядит Тень, взбудораженная Лилей несколькими минутами ранее – покрывается ли ее серая гладь слоем бесцветного инея или ржавчины, давит ли незримым прессом к полу взметнувшуюся пыль или оседает жирный, белый пепел. В мире живых хлопнула, перегорая, лампочка, следом другая, и потух мертвенно-черным таймер микроволновки.
- Безмолвие песков. - выдохнул Тагир на родном, разворачиваясь от мяса, которое больше его не интересовало. Давящее ощущение мёртвой тишины, застывшего в Тени, просачивалось в реальный мир - воздух становился вязким и горячим, как поднимающееся от песков жаркое марево.
- О’Нил, ты будешь вежлив с моими гостями в моем доме. Закрой свой поганый рот, пока в нем еще остались зубы, и подумай прежде, чем открывать его снова. Куда-то собрался? Я тебя не отпускал.

В конце концов, почему изначально он признал О’Нила только для того, чтобы развлекаться, пока тот язвит в сторону других серых, но пока что выслушивал ехидство собственного сына по большей части только, исключительно в свою?!.
Полный провал плана!
Тагиру было плевать, древний мог начать в любой момент по-одному дергать зубы из пасти слишком говорливого ученика, будь он хоть трижды сын и хоть при сотне вот таких вот миленьких О’Брайен.

- Я думал, вам за двадцать, а не по шесть лет. У вас полчаса. После выметайтесь – оба, чтобы не мешать мне. Продолжить можете за порогом. Да, ты тоже Райан.
Мясо все-таки заняло свое место на тарелке. В низкий стакан полилось вино, из собственных запасов. Солт сделал глоток, не собираясь так сразу сбегать с собственной кухни.
- Не забудь показать Лили анализ серой пыли, который ты забрал сегодня. Папка у входа. И проследи, чтобы она села в такси… Продолжайте. Или мне выйти, чтобы не мешать вам?

Отредактировано Blas Zaragoza (2017-10-30 19:07:20)

+1

7

Райан делает вдох, считает про себя до пяти, коротко выдыхает. Ещё раз.
Становится легче.

В Райане О'Ниле что-то определенно не в порядке. Он постарался себя исправить, он хотел бы как отлаженный хронометр,  работать круглые сутки семь дней в неделю триста шестьдесят пять дней в году ровно так, как ему повелел часовых дел мастер, но временами что-то щёлкает, шестерёнки разом проворачиваются быстрее или медленнее необходимого, ритм сбивается, и всё летит к чёрту.

Таблетки, возможно, помогли бы это отладить, но нахуй таблетки.

Райан молчит, переводит взгляд с отца, достающего из духовки мясо, на "ученицу моего старого знакомого", морщится и добавляет в кружку ещё две ложки кофе, надеясь, что горечь дрянного напитка на языке перебьет горечь внутреннюю.

С чего он взъелся-то вообще?
Явно не из-за поцелуя, - думает Райан, какое ему дело до этого. Правильно. Ни-ка-ко-го.

Скорее потому, что Лили О'Брайен, пускай сейчас она и выглядела вымотанной и бледной, была примером того, кем Райан мог быть, не проведи он полжизни в психушке. Остальные маги из тех, что видел Райан были не в счёт - они были в разы, если не в десятки раз старше.
Все хотят, чтобы их дети были нормальными, Кэтлин бы наверняка тоже этого хотела. Хотела, а появился Райан - светловолосый выблядок суки-кармы. Тот ещё подарок.

Он снова коротко выдыхает, делает глоток кофе - горький до того, что кажется кислым - ставит кружку на стол, медленно и нарочито аккуратно,  чтобы не разбить, пусть даже и очень хотелось.

- Ученик и сын. - В голосе мисс (мисс же?) О'Брайен тоже звучит злость, и Райана это радует - не у него одного проблемы с контролем. Радует и одновременно становится любопытно, если это стало для неё новостью, то что сказал о нём Блас.
По коже запястья, которое Райан больше не считает нужным прятать, вверх к предплечью идут мурашки, воздух становится ощутимо тяжёлым, давит.
Да. У неё определённо проблемы с контролем.

- Хватит.

В голосе Бласа - отчётливый акцент.
- О, Рипль ван Винкль проснулся, - комментирует Райан вполголоса, хотя сейчас ему было не до смеха, Тагир его пугал до жути.
Влетело, впрочем, обоим.
- Извини, - говорит О'Нил, обращаясь к Лили, потому что на неё он и впрямь сорвался несправедливо. - Не хотел задеть твои чувства, - а вот здесь извиняться явно следовало не ему, но пусть, от него не убудет.
На Бласа он не смотрит, потому что-то перед ним себя виноватым не считает. Разве что немного.

-  Вот не надо, в шесть лет я был гораздо спокойней, хотя тебе-то откуда знать, - и это даже не было упреком, просто констатацией факта. - Ладно. Хорошо, я тоже. И конечно провожу твою гостью из твоего дома до твое... до такси, без проблем, папочка.

Он безразлично дергает плечом и отодвигает Лили стул - ещё один молчаливый жест извинения.
-  Сейчас принесу, да. - Вспоминает он о папке, которую хотел просмотреть ещё утром, но отвлекся на изучение книг из сейфа. - Может быть, ты её уже видела, потому что -  делает  неопределённый жест рукой, подразумевая Тень в частности и магию в общем - в этом ты больше разбираешься и... Останься, пожалуйста, -  Райан бросает короткий взгляд на отца -
ха, как будто тот нуждается в его разрешении -  и, забирая со стола кружку, негромко говорит - Прости, я вел себя как мудак. И я извиняюсь не потому, что боюсь, что ты меня выставишь, на здоровье.
Он делает глоток остывшего кофе, вкус стал ещё дерьмовей, хотя казалось, что хуже быть уже не может и идёт за папкой. Не особо торопясь, может, этим двоим нужно ещё несколько минут наедине.

Отредактировано Ryan O'Neil (2017-11-07 19:18:33)

+2

8

Лили уже была зла, а когда она злилась, ей становилось наплевать на последствия. Даже если события выходили из-под контроля. 
Лили была на пределе своего контроля и интереса к последствиям, когда Солт заговорил. Этот акцент, арабский, она слышала уже – в старых воспоминаниях, там, где подступала к коленям холодная вода, и где в фарватере судна оставался красноватый след. Тень, идущая за ним по пятам, всегда на краю зрения, на периферии сознания.
Как меня зовут, О’Брайен?
Даже без кольца он был гораздо сильнее ее и погасил волнение Тени так, как сжигают лишний газ на орегонских перерабатывающих установках. На Лили пахнуло теплом и жаром из Тени.  Звук лопнувших лампочек ударил по нервам. Лили вздрогнула и недовольно поморщилась. 
Неприкрытая ярость Солта удивила ее. Так сильно, что ее собственная ярость, заставляющая сердце колотиться как бешеное, а дыхание замирать где-то в горле, удушающая ярость, остыла – ровно до тех пор, пока он не упомянул Роберта.
Это был запрещенный прием, нечестный прием, - но эффективный, и даже в таком состоянии Лили не могла не признать, что упомянуть перед ней наставника было действенно и даже отвлекающе. Как плеснуть ведро воды на взбесившуюся собаку. И Лили отреагировала ровно как и ожидалось: успокоилась и медленно выдохнула, холодно и оценивающе глядя на Солта.
Ты угрожаешь выбить зубы сыну, и говоришь мне о самоконтроле?
Температура кольца на пальце ощутимо упала ниже.
Ладно.
Роберт был бы доволен: никакой бесхребетной обиды, только злость, холодная и отрезвляющая. Отлично. Лили не стала думать о том, почему же ее так злил этот, в сущности, чужой ей человек. Одна ночь ведь не считается.
Одна ночь ничего не значит.
Прямо как там, в Неваде.
Полчаса. 
- Как скажешь, - бесцветно согласилась она с Бласом сразу во всем. И уйти, и в том, как он оценил происходящее. Как дети.
А ты ведешь себя по-взрослому, Блас Сарагоса, беря на себя роль воспитателя в детском саду.
Но этого она вслух не сказала. В отличие от Райана, который был его сыном и, несмотря ни на что, оставался частью семьи, Лили была никем. И отвечать Бласу не было нужды: он и не ждал ответа. Да и Райан неплохо справлялся.
Лили кивнула на извинение.
- Хорошо. Забыли, - ответила она. Помедлив, села на стул, делая встречный шаг к примирению. На самом деле, было все равно: она сомневалась, что еще когда-нибудь близко столкнется с сыном Бласа. В Круге она не работала. Магический Нью-Йорк, конечно, был тесен, но не настолько.
- Извини, - сказала она Бласу. – Я оплачу тебе ремонт проводки.
Сил не было ни на что. Наконец-то эмоциональная опустошенность. А потом Лили вернется домой и напьется. В одиночестве.
Лучшая мысль за последнее время.
- Не знаю, должен ли ты это знать, - Лили просунула пальцы в висящую на спинке стула сумку и выудила листовку. – Это я нашла в кармане.
Лучшая рок-группа нулевых размазалась по бумаге в пятнах воды, но еще была узнаваема. Стив, Джерри и Би-Эйч Джордан скалились с бумаги. На оборотной стороне было расписание гастролей.
- Я собираюсь поговорить об этом с Аланом. Возможно ли такое.
Потому что варианта два: или возможно, или у нее поехала кукушка той ночью.

+2

9

…и теперь собиралась оплачивать ремонт проводки. Солт шумно фыркнул, закатывая глаза. Хорошо хоть Райан не предложил компенсировать свое проживание в квартире отца в денежном эквиваленте. Щенки свободолюбивые – все, лишь бы подчеркнуть собственную независимость. Маг по привычке, растер фалангу безымянного пальца и встряхнулся. Отсутствие локуса заставило собраться.
- Не надо. Сомневаюсь, что полетела проводка. Она выдерживала еще и не такое, - запоздало отмахнулся Солт, принимая сложенный пополам листок. Название группы незнакомо, расписание… Даты не говорят ни о чем, и Блас не сразу обращает внимание на год. На вид бумага самая обычная, как и качество печати.
- Я не разбираюсь в совре…
«Да и в не современном… искусстве - тоже».
- Лучше показать это Райану, - скомканно заканчивает Солт и понимает, что нихрена не лучше. О’Нил, который прочалился в психушках половину своей сознательной жизни, скорее всего разбирается в этой хрени ненамного лучше Бласа. Сарагоса второй раз меньше, чем за минуту, резко меняет тему, не давая возможность Лиле вставить комментарий. – Что это? Почему это тебя насторожило? На мне нет локуса. В Тени листовка выглядит по-другому?
Солт выспарашивает терпеливо и негромко, словно извиняется за вспышку злости, за то, что пошел на поводу у Тагира, частично потеряв контроль. Сейчас мысли о том, чтобы выбить О’Нилу зубы кажется дикой, как и все остальные мысли, которые крутились в голове парой минут ранее. Райан успел познакомиться с песчаным прошлым мага, понял ли он разницу.
Судя по сказанному – почувствовал.

- Это может быть ошибка типографии. Это может быть чья-то шутка. Иногда мы теряем время из-за таких… шутников. Которые добавляют ненужной работы.
Солт стреляет взглядом на остывающее мясо всего пару раз и неторопливо закуривает.
- Покажи Алану. Возможно, его это заинтересует.
«…его вообще часто интересует всякая чушь,» - и, к сожалению, Алан всегда четко знает, какое место в мире эта самая чушь занимает. А если не знает, то определяет до обидного быстро.
Солт же не видит в листовке ничего интересного. Солт, который привык легко забывать антураж очередного прожитого десятилетия, не понимает, что может быть необычного в этой листовке. И смотрит на О’Брайен с равнодушным непониманием, откладывая бумагу на край стола.
- Райан видел нечто, слишком похожее на твоих тварей из Тени.

Очередная смена темы разговора меньше, чем за пять минут, заставляет встряхнуть головой и с силой провести ладонью по лицу.
Сейчас самое время было бы появиться О’Нилу с хреновой папкой в руках, но сын, похоже, решил сделать крюк не меньше, чем через Калифорнию, чертов засранец. Солт помнит его извинения смутно – в этот момент Тагир отступал в темноту сознания и реальность в такие моменты всегда начинала размываться, как городской вид из окна за стеклами, в которые неровно и яростно хлещет дождь.
Похоже, Райан успокоился – они оба, он и О’Брайен, успокоились.
«Возможно, не через Калифорнию,» - у О’Нила было мало опыта, но в чутье ему было не отказать. Феноменальном чутье и наглости. Возможно, он решил убрать в сейф то, что смотрел до прихода Лили. Незацензуренный Щейд – то еще чтиво для молодого, неокрепшего разума, и повод задать пару неудобных вопросов.
Пауза затягивалась.
Говорить с О’Брайен было толи действительно особо не о чем, толи… не за чем, по мнению Тагира. Звать О’Нила Солт не торопился, это было бы как-то унизительно. Факт того, что Райан решил по-простому сбежать, снова начинал злить.

- Когда возвращаешься в Неваду?
Было что-то еще, что-то, что не нравилось Тагиру настолько, что его серая тень мельтешила на краю сознания, взглядываясь в фигуру О’Брайен – и Солт вглядывался тоже, пытаясь понять, что не так с Лили. Кроме того, что она сейчас замкнулась и явно сердилась, и чудом выжила после аварии.

+2

10

- Райану? – переспросила Лили, выуживая из сумки пачку сигарет вслед за листовкой. – Он разбирается в хождении по воспоминаниям лучше тебя?
Лили потянулась за пепельницей, закурила. Сигареты подействовали так, как и всегда –  успокаивающе и отрезвляюще. Она сделала несколько затяжек, глядя на лист бумаги и на Бласа. Уже почти не злилась, хотя ей и не нравился его тон: деланно терпеливый, будто с ребенком разговаривал. Он ведь так и воспринимал ее, наверное. Как ребенка. Что тогда она была девятнадцатилетней девчонкой, что сейчас – для него нет разницы.
Лили ощутила на языке горечь, но не от сигаретного дыма.
Глупо было это все. Она помолчала, когда Солт закончил говорить. Постаралась думать о другом, о том, что действительно важно. О листовке. О магии.
Если бы вся проблема была в том, что в Тени листовка меняла бы содержимое, проблемы не было бы вообще.
- Ты видишь то же, что и я? – спросила она и ткнула пальцем в аккуратный столбец, где курсивом были пропечатаны даты и города. Две тысячи второй год. – Я взяла листовку, когда мы были в моем воспоминании. И потом нашла ее в своих вещах.
И были другие вещи. Пачка сигарет в машине Курта Вагнера, о которой Лили умолчала, потому что это могло быть совпадением. Листовка совпадением не была.
Это могло бы быть даже забавно. Сначала она сталкивается с монстрами, в которых никто не верит, а теперь она находит свидетельство странного магического явления, в которое – она чувствовала – Блас сейчас не поверит. Тогда, в баре, он взял ее за руку и сказал, что она просто маленькая испуганная сеньорита. Решит, что она слишком впечатлительная. А может, ничего не решит, просто не заинтересуется.
У него наверняка полно других дел.
- Я не смогла найти эту типографию. Возможно, она слишком мала, а может, ее уже нет. Покажу Алану.
Резкие смены разговора не нервировали, но намекали, что обсуждать надо быстро и по существу.
- Что-то похожее на моих монстров? Ты был в его памяти? Видел их? Где и когда? – Лили утопила окурок в пепельнице и потянулась за новой сигаретой без паузы. Молчание висело в помещении, как желе. Райан пропал куда-то, как будто нарочно.
На вопрос про Неваду Лили ответила не сразу. Вопрос почему-то разозлил ее, и она почувствовала, что снова начинает раздражаться. Какое ему-то дело, когда она снова возвращается в Неваду?
- Когда разберусь со всем, - неопределенно сказала она наконец. – С Аланом.
Она не стала произносить напрямую фразу, которая так и просилась на язык.
«Не беспокойся, тебя трогать я больше не стану». Единственное, что ее останавливало – желание сохранить хотя бы видимость достоинства. Если там еще было что сохранять.
Достаточно было того, что сейчас она сидела на его кухне и задавала вопросы, вместо того, чтобы развернуться и уйти. И к черту монстров, к черту пыль и Райана О’Нила с его отцом.
Она нахмурилась и в нетерпении оглянулась на дверной проем.

+2

11

- Не в хождении по воспоминаниям.
«…в этом он полный профан».
- В современной музыке, - поправил Солт. О’Брайен уже настойчиво, снова, совала ему под нос все ту же листовку, на которую испанец смотрел все так же, без тени понимания. 2002 год, какой-то список городов. Возможно, Солт удивился бы, увидь он сейчас листовку с заявленным концертом Элвиса Пресли, одного из немногих, кого древний запомнил в череде известных имен и лиц масс-медиа. Или нет. Границы времени часто стирались, размывались, и растерянный вопрос сам сорвался с языка, раньше, чем маг успел его осознать.
- А сейчас-то какой год.
Запоздало ухмыльнулся, заглядывая в глаза и давая понять, что это шутка.
Что начинало беспокоить по-настоящему – эту листовку, вернее, факт, О’Брайен упорно отказывалась списать на человеческий фактор, который обычно был самым простым объяснением для большей части происходивших в мире чудес.
На вопрос по поводу О’Нила ответил уклончиво:
- Нет, не в его памяти. Райан собирает данные по этому делу.

…ну с Аланом так с Аланом. Алан теоретик, его теории, отдающие безумием, часто оказывались верными, что не отменяла факта того, что на одну верную приходилось с пяток бредовых. Солт, как практик, начал бы с проверки типографии. Говорить об этом не стал, пусть решают с Аланом, откуда разматывать этот клубок, и вместо этого поднял бровь, разглядывая О’Брайен: «Со всем – это с чем?»
- Полезный знакомый, этот Алан Хейфец, правда? – уточнил мимоходом, не ожидая ответа, который был не нужен. - М-м, вино точно не будешь? Хорошее, рекомендую.
Не возьмет.
Почему-то Солт подумал о том, что, наверное, так же настойчиво она искала хоть какую-то информацию о своем брате, раз за разом, тыкая серым из Круга вот такими вот листовками, со смешными датами, городами и данными, а те кивали, откладывали их в сторону и потом маленькая красивая сеньорита рванула когти в родную Неваду. Что бы забыть о том, что произошло – о том, что она не только не могла изменить, на даже на правду не имела никаких прав.
И получила свою правду только спустя… сколько там лет прошло после исчезновения ее брата?
Кругу давно следовало организовать что-то вроде клуба анонимных родственников «потеряшек» – скрипуче подумал Шейд – контролировать проще, сидели бы кружочком, строили свои теории и не лезли туда, куда им лезть не следовало. И своего человечка еще туда подсадить, чтобы слушал, запоминал, передавал дальше – младший инквизитор Даниэль царапал гусиным пером бумагу, кропотливо выводя ровные строчки в неровном пляшущем свете.

Маг глянул за отложенную ранее листовку. Мысленно провел пальцами по бумаге – и на ровном сгибе обозначились едва заметные темные пятна распада - поморщился, сунул руку в карман, нащупывая кончиками пальцев неровную кромку холодного металла, истертого временем.
- Магам доступно то, на что людям требуются годы, десятилетия и века упорного труда. Изменять окружающий мир, саму материю этого мира по щелчку пальцев, волей мысли. После прогулки по воспоминаниям такое случается. Иногда. Крайне редко.
Хождение по воспоминаниям – штука поинтереснее этого вашего интернета. Невозможно, чтобы не затянула, не взбудоражила интерес. Главное не заиграться.
- Разум не делает разницы между тем, что ты переживаешь в реальности, и тем, что ты переживаешь вне ее. Фокусник извлекает из шляпы кролика. Твой разум без твоего ведома преобразует мысль, не дающую покоя, в материальный артефакт, символ, по-своему вытаскивает занозу, засевшую в мозгу. И после ты достаешь из кармана нечто вроде этой листовки, недоумевая, откуда она могла там взяться.
Солт не умел и не любил читать лекции по магии. Не хватало терминов, учить которые он не собирался, пользовался тем, что нахватал по верхам, в повседневном общении - все равно через пару десятилетий выйдут из «моды» и их заменят другие - и объяснял просто, так, как мог объяснить, как объяснял век назад и стал бы объяснять через десятилетия.
- Только я никогда не слышал, чтобы у кого-то артефакт принимал настолько сложную форму. Обычно это что-то более простое и однородное, - Солт полез в карман. - Монета, например, - за тяжелым серебряным кругляшом с затертым аверсом. Показал его, зажатый между фаланг, прокатил от указательного к мизинцу и обратно, и аккуратно положил рядом с бутылкой вина, наконец забирая свой стакан и делая глоток.
- Лекция окончена, - раздельно произнес Солт, поворачивая голову к застывшему на входе О’Нилу. – Можешь уже заходить. Папку нашел или забыл, зачем ходил?
Фактически, о’брайеновские твари из Тени уже отправились в архив после показательного «следственного эксперимента», который Солт пофигистично не почтил своим очень-нужным-присутствием. Самое подходящее занятие для стажера вроде ученика мага Райана О’Нила, навести небольшой порядок в фактах закрытого дела: сложно что-то испортить, невозможно накосячить.
О’Нил наверняка сделает и то, и другое.
Ну а Солт… Солт, конечно же, был самым большим любителем порядка среди серых.
- Начни сначала, - посоветовал Блас Райану. - 24 марта, дом твоей матери. Я не рассказывал Лили о том, где и как ты встретил тварей из Тени. Похожих на тех, которые встретила она.
«…прочитать хотя б по диагонали-то успел?» - сухое вино отдавалось на языке привкусом теплого солнца. Папку, где поверх прочих материалов по Трейбеку лежали результаты всевозможных анализов серой пыли, О’Нил получил еще утром, обменяв ее на подписку о неразглашении. Первую в своей жизни. Впору было плакать от умиления. Вместо этого Солт с интересом уставился на сына.

+1

12

-  Нашёл, - коротко отозвался Райан, появившись на кухне как раз на словах о том, что лекция - о чем? - окончена.
Аккуратно опустил папку на край стола и потянулся за кружкой с окончательно остывшим кофе, не сочтя нужным озвучивать причины своего столь долгого отсутствия  или извиняться за него же. Он даже не стал как-то комментировать все ещё напряжённую обстановку, сами разберутся.
Наверное, ему бы не помешало умение Сэмми трепаться по делу и без дела, парой контрольных фраз добивая неловкость и напряжение, но ну его нахер, этого Сэмми, достал за пару месяцев монологами в его голове. 
  Райан делает несколько глотков кофе и тянет к себе лежащий на столе листок. Флаер. Слегка поблекший, но список городов на нем хорошо читаем.
  Райан вопросительно смотрит на О'Брайен и переворачивает плотный листок, расправляя его. 
- О, Грэйс Найт. - Без особого удивления произносит он, разглаживая флаер по аккуратному сгибу. - Фанател по ним, когда мне было тринадцать. Они снова гастролируют? Не думал, что после смерти Стива  это...  
Райан смотрит на дату и коротко хмыкает.
- 2002. Ясно.
На самом деле, не ясно ни черта.
  Зачем таскать с собой график гастролей уже давно распавшейся группы, которая прежним составом, тем, что сейчас сверкает улыбками с помятой листовки, уже не сыграет никогда? Как память о чем-то? О ком-то?
Потому что если она их фанатка, откопавшая данный раритет где-то в недрах eBay и пришла поделиться радостью с Бласом, то это явно не по адресу, он вряд ли вообще знает о такой группе.
Неважно.
Не его дело.
Он опускает флаер поверх папки и двигает её к Лили, не совсем уверенный в том, что поступает правильно, была же чертова подписка о неразглашении. Но, кажется, Блас тоже был не особым сторонником правил. К тому же, О' Брайен в курсе всей этой магической херни.
А читать ей это или не читать - как захочет.
- Логично, - он адресует отцу короткую ухмылку, делает последний глоток кофе и, поморщившись, относит пустую кружку в мойку.  Остаётся стоять, прислонившись к подоконнику. - У нас с Кэтлин оставался дом на Мотт-Хэйвене. Не лучший район, но жить было можно, - Райан смотрит на Лили с куда меньшей долей пренебрежения . Интересно, как на них отреагировала она? И как с ними справилась? Потому что эти чёрные уродцы и впрямь были очень настырными. - В общем, - О'Нил на секунду задумывается, стоит ли все усложнять и объяснять ей ситуацию с психушкой, Дойлом и собственными воспоминаниями и решает, что нет. - Меня одолела ностальгия и я решил туда наведаться. Захватить пару сувениров на долгую память о счастливом детстве. Не знаю, бродила ли эта хрень там изначально или заявилась позже, я был наверху и не могу сказать точно, но это было чертовски неожиданно. Ни разу их до этого не видел. К тому же, у неё хорошо получалось изображать голос моей матери. В общем, я спустился вниз и... Там был подвал с этой самой пылью, можешь посмотреть, на трёх последних страницах. Из-за неё она меня не увидела.
Райан пожимает плечами. Записи в папке он просмотрел мельком и в заумных пометках Алана понял только, что чертова пыль хоть изначально и существовала в Тени, некоторые свои свойства приобрела в результате чьего-то воздействия.
- Кажется, никто не воспринимает их всерьёз. Судя по тому, что материалы по ним отправлены в архив - говорит Райан, с интересом уставившись на Лили. Ну, почти никто. Надо бы попросить отца узнать, кто на самом деле такой Джереми. - Почему ты считаешь иначе?

0


Вы здесь » Fade to Black » Castles of glass » Сон разума рождает чудовищ


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC