Fade to Black

Объявление

WELCOME TO NEW YORK!
апрель 2016 года, на месте взрыва на Манхэттене еще оседает пыль.
В городе объявлен красный, высший уровень террористической угрозы, некоторые требуют ввести военное положение. Манхэттен изолирован от внешнего мира - на выездах из боро, на мостах и в тоннелях, выставлены кордоны Национальной гвардии.
Все еще только начинается.
Must read
О проекте Сюжет Список персонажей Занятые Внешности Навигация по матчасти Нужные и акции от АМС

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fade to Black » Over and Done » Все покоя нет им


Все покоя нет им

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

https://i.imgur.com/dXAC04Y.png

RAYNALD HAYES, BLAS ZARAGOZA

24 апреля, вечер, личная квартира Рейнальда, дождливо
Все ищут чего-то, успокоиться не могут.
Совершенно неожиданно оказалось, что общих интересов больше, чем противоречий. Или это только кажется?

+1

2

Судя по всему, часовой не торопился. Он дождался, пока в глубине квартиры стихнет возня Ричарда и в ванной польется с шумом вода. То, о чем мальчишка не узнает, никак ему не повредит, а слышать их разговор ему и правда не стоило — хотя бы потому, что одну чужую тайну он уже помог раскрыть. Рейнальд не знал еще точно, о чем собирается говорить с Сарагосой, казалось, что общих тем у них по жизни может быть не слишком много, не слишком много и поводов эти темы искать, стараться найти точки пересечения своих и чужих интересов, которые до сегоняшней ночи шли как будто бы параллельно или вовсе в иных плоскостях. Давнюю историю, покрытую пылью его нежелания помнить про нее, Рейнальд в расчет не брал — тогда все было по-другому.
Недолгие пять минут они провели в молчании, и Рейнальд почти физически ощущал, как в голове Сарагосы растут и множатся вопросы относительно этой странной связи между вампирским лордом и живым мальчишкой, которому полагалось оторвать голову и скинуть в какой-нибудь коллектор, где его доедят голодные гули или бродячие псы. Они делали так сотни раз, и слухи о том, что бывает с людьми, слугами крови и куклами, вдруг решившими укусить кормившую их руку клана Фианна, в клиниках и Лейш и во всем городе, ходили вполне красноречивые — несколько показательных расправ, грамотно и с намеком поданная информация, и им уже кажется, что лучше не рисковать. В этом смысле Рейнальд понимал недоумение мага. Его удивление и растущее из удивления любопытство.
— С каких пор часовой Нижнего Манхэттена интересуется вампирскими межклановыми дрязгами? — спросил Рейнальд, когда убедился, что Ричард их слышать не может. Любопытство в этот раз было взаимным, и предположений о причине интереса его непрошеного ночного гостя было множество, а желания тыкать пальцем в небо, гадать — очень мало.
Он хотел услышать честный ответ, но в глубине души рассчитывал не особо.
— Мне казалось, у тебя и всей твоей конторы сейчас есть дела поважнее наших внутренних разборок, — Рейнальд медленно, почти нарочито картинно открыл один из ящиков стола, где хранились ножи, в этом доме ненужные. Почти нетронутые, и оттого очень острые. — Или это как-то связано с делом Митлайфа?
Это было первое, что пришло ему в голову. Обезглавленный клан де Вайи, потерявший свою старую и лучшую кровь, труп Чана Шу, найденный среди руин одним из первых, реакция Семерки, более чем сдержанная для такого события... Рейнальд внимательно посмотрел Сарагосе в лицо, как будто можно было только по одному выражению догадаться о том, что заставило того нарушить свои должностные обязанности и начать торг, где цена всего лишь информация из первых уст.
Казалось, что это еще не все.
Рейнальд зажал лезвие ножа в ладони и резко выдернул нож из кулака. Чуть поморщился, сжимая ладонь сильнее, чтобы активнее пошла кровь — протянул раскрытую ладонь магу.
В тот раз он с трудом удержался, чтобы остановиться. Чтобы не вцепиться зубами в тугую, вздутую от адреналина и напряжения вену у мага на шее. Остановило только мутное осознание, что на такое последует реакция вполне однозначная, и что он был не в том состоянии, чтобы бороться с сильным и здоровым Сарагосой.
Сейчас все было наоборот, и Рейнальд настойчиво гнал от себя совсем другую мысль.

+3

3

- Сейчас все как-то связано с Митлайфом, - вяло отозвался Солт. Вздохнул, садясь ровнее, и растер ладонями лицо, чтобы не продолжать недоуменно моргать на вампира. Ах да, часовой, которому даже согласно официальной истории лет было побольше, чем лорду Фианны, не мог заявиться с таким ценным товаром, как Бреннан, без соответствующей цены. В чем, все-таки, ценность этого сопляка? Простое, как чувствовал Солт, объяснение, словно повисло в воздухе чем-то невысказанным, но вроде как понятным всем присутствующим.
Небо синее, а трава зеленая. Все ведь знают об этом, так, что за недоумение и глупые вопросы, в самом деле?
Маг медленно сцепил и расцепил пальцы, стянул локус, убирая в карман жилетки. Без красного камня  мир ощущался иначе. Сам вампир ощущался иначе – без едва уловимой серой пепельной маски, оскалившейся острым рядом зубов-иголок в треснутых зеркалах. Солт никогда не любил зеркала. В Тени они показывали слишком многое из того, что лучше было бы не знать и не видеть.
- У всей моей канторы, - бесцветно повторил Солт, наблюдая за вампиром. – Тебе не приходило в в голову, что ваши внутренние разборки могут повлиять на кого-то еще? А я здесь живу, уже второй десяток лет. И я хочу, чтобы Манхэттен, да и весь в Нью-Йорк в целом оставался спокойным и тихим местом. Дохера хочу? Может быть.
Красный росчерк на ладони, алые капли, ползущие к пальцам. Кровь Велюр восстановила бы силы быстрее. Кровь Рейнальда Хейеса – медленнее. Но последний здесь, а Велюр наверняка решит сыграть в занимательную игру, на которую у мага не было ни сил, ни желания. Не отказываться же, в самом деле, раз лорд Фианны и впрямь решил проявить неожиданную щедрость.
- Это ты мне так стопочку предложил на голодный год? – не смог не сьёрничать Солт, поднимаясь с дивана, где до этого ждал, пока Хейес разберется со своим родственником. – Я тебе тогда бокала не пожалел.
Напоминать об этом - сущее удовольствие. В первую очередь потому что тема была неразрывно связана с другими интересными фактами сломанных рук и треснувших ребер. Веселое было время. Аномалии на территории Манхэттена еще казались интересными и неизученными вдоль и поперек новым часовым, а в рамках наведения порядка на вверенных территориях Круг, не без помощи Льюиса, закрывал глаза еще не на такие финты.
Меньше знаешь – крепче спишь.
Солт глянул в глаза вампиру, остановившись в полушаге, взял за запястье, потянул к себе и приложился губами к порезу. Нечего было тянуть, пока рана закроется. И нечего было привередничать, хотя съязвить хотелось нестерпимо.
Я же не один из ваших прикормышей, которые сидят на вашей крови крови крепче, чем иные торчки на наркоте, Рейнальд Хейес.
В голову дало сразу, с первых трех глотков – как раз пока первый катился куда-то вниз по пищеводу. Глупость думать, что кровь вампира можно сравнить с алкоголем или любым другим стимулятором. Нельзя. Экологически чистый наркотик, после которого ощущаешь небывалый подъем сил, а не разваливаешься на ходу наутро после развеселой ночки с запрещенными в цивилизованном мире запрещенными препаратами.
Оторваться невозможно.
От не-теплой и терпкой крови, от привкусов, которые начинаешь ощущать на языке, но которые не могут тревожить вкусовые рецепторы, кружит голову и подгибаются ноги. Еще, мне нужно еще! Пальцы оставляют на коже не-живого белесые следы, потому что не сжимать их с силой, когда казалось, что рай закончится было невозможно.
Солт хотел дойти до гостевого кресла радушного кабинета, чтобы упасть в него и закурить, слушая тишину. Даже попросить Хейеса какое-то время помолчать, чтобы просмаковать это послевкусие, наполненное стремительным подъемом сил и слабостью. Хотел, но не дошел. И руку вампира не отпустил, все-таки не смог разжать пальцы. В мутном взгляде плескалось желание продолжения банкета. Маг без лишних объяснений потянул вампира на себя, красноречиво отклоняя голову в сторону и надавливая ладонью на чужой затылок.
Из тех кровососов, кто пробовал его кровь на новой земле, от повторной порции не отказался не один. Дурели. Так же, как сейчас неожиданно одурел сам Сарагоса, ожидавший небольшое пирожное на десерт, но почему-то получивший вместо этого целый торт.

Выдох, еще один и еще – сила возвращалась быстрее, чем он ожидал, наполняла эйфорией, перехлестывала край сосуда и лилась вниз, в абстрактное никуда. Собрать бы ее ладонями и оставить храниться до худших времен. Можно и поделиться, чтобы не пропадала - пальцы зарылись между длинными прядями - жадиной Солт не был никогда. 
- Я понятия не имею, чем Бреннан важен для тебя, - раздельно произнес маг, облизывая сухие губы у самого виска лорда Фианны. – Буду считать это джекпотом. Давай. Пока меня ведет с твоей крови.
Льюис прикроет перед Кругом всю эту аферу с чертовым Бреннаном. Будет недоволен, но прикроет. Льюис тот еще специалист по тому, как прятать важное на виду и сносить актуальное в архивы Круга. У Льюиса свои связи. Льюису не нужно, чтобы сейчас кто-то начал копать еще и это.
- Так чем он так важен для тебя, Хейес? Расскажи. Поделись, - вкрадчиво предложил Солт. - Может, тогда и я тебе отвечу честно. Почему мне важно знать, что происходит в Семерке.

+2

4

[indent] Это что, плата за откровенность?
[indent] Рейнальд бы фыркнул насмешливо и отказался бы от подобного, предложи ему кто-то это на словах. Но это было не предложение и даже не просьба — настойчивое желание, выдававшее себя в том, как дрожат голос и руки, пальцы, путающиеся в его волосах, в том, как часто и истерически бьется пульс в ладони, сжимающей его запястье, выпачканное в крови. В тишине в слышал, как капает кровь на пол — раз капля, две, три... слышал, как свивается в венах Тень, вливаясь в чужое тело и передавая ему силу, малую толику той, что можно было бы дать, но слава Господу, Сарагоса не в таком плохом состоянии, чтобы идти на такие жертвы. Напротив, даже готов предложить что-то взамен.
[indent] Ты уверен?
Конечно, он уверен. Ему не впервой делиться, это же не Ричард, который подставил ему шею скорее из мальчишеского любопытства и желания острых ощущений, только лишь потому, что впервые в жизни вообще задумался о такой возможности. Это не многочисленные случайные доноры, которые продают себя за деньги или разовый секс в потемках "Брайта", от нужды или неумения справиться с собственным влечением к запретному и опасному. Опыт видно сразу, знание чувствуется спинным мозгом и не поддается осмыслению — достаточно одного взгляда на мага, чтобы понять и увидеть, что он в такой ситуации бывал уже не раз и очень часто был инициатором.
[indent] — А твоя хозяйка не будет против? — Рейнальд чуть насмешливо фыркнул возле самого уха мага, хотя любой ответ ни на что бы не повлиял. Иногда законы можно нарушать, тем более лордам Семерки — тем более, когда человек предлагает себя сам.
[indent] — Любопытство — грех, Сарагоса, — пальцы скользнули за воротник чужой рубашки, пока второй рукой он на ощупь нашарил пуговицы, которые поддавались плохо — скользили пальцы, липкие и скользкие от крови. Рейнальд нашел взглядом чужи глаза, темные, непрозрачные от одуряющего действия вампирской крови, не различить зрачок и радужку, слившиеся воедино, чуть улыбнулся, одним только краем губ.
[indent] Сколько там лет прошло? Десять, одиннадцать?
[indent] — Так и быть, я тебе расскажу, — пальцы легли на чужой подбородок почти нежно, опасливо, коротко движение — и голова человека сама падает на бок, отклоняется в сторону, обнажая тугую вздутую вену, и рот наполнился слюной уже только от одного предвкушения... воспоминания многолетней давности, от которого под ребрами больно и становится только больнее, чем ближе он склоняется к шее мага. Пульс человек стучит даже у него в висках уже.
[indent] — Он мой внук. Праправнук. Двоюродный, праправнук моей родной сестры, — тихо, шепотом проговорил Рейнальд магу на ухо, как будто исповедовался священнику в самом страшном своем грехе. Поймет ли маг? Для вампиров редко что значат семейные узы, оставшиеся в прошлой жизни, но из каждого правила бывают исключения, особенно, если... — И он маг, Сарагоса. Теперь ты понимаешь?
[indent] Надеюсь, ты понимаешь.
[indent] В этот раз было лучше, чем в прошлый. Тогда, кажется, от усталости и боли он не мог вдоволь насладиться, почувствовать по-настоящему... как не чувствует смертельно голодный вкуса пищи, так и он тогда не чувствовал вкуса крови Сарагосы. Теперь же тугой узел между ребер свился отнюдь не от облегчения, совсем не поэтому у него свело горло сладкой судорогой, которая вынуждала укусить еще раз — добраться до настоящего наслаждения. В темноте закрытых глаз побежали красные кровавые звезды, и горячее, обжигающее тепло текло внутрь мощным, ровным потоком, и цепной зверь внутри бесновался и радовался — требовал еще — но проблеск сознания берег его от опрометчивого шага.
[indent] Рейнальд отстранился резко, почти оттолкнул от себя мага. Иначе было трудно.
[indent] — Лед в холодильнике, — проговорил он, вытирая губы рукавом рубашки. Жадность — тоже грех.

+1

5

- Ну так сходи и принеси. Можешь захватить виски, - добродушно и белозубо оскалился в ответ Солт, услышав про лёд. Тяжело опирался о дорогой, из какой-нибудь пафосной породы, нет, не бук, венге или что еще измеряется тысячами долларов за кубометр, и чувствовал себя так, словно нализался в стельку. Нет, лучше. Потому что похмелья завтра не будет.
- Зато теперь оба пьяные, – засмеялся маг, трогая ладонью шею. Ворот рубашки наверняка испорчен безвозвратно – да и плевать. Было просто хорошо и в темных глазах плескалось сытое удовлетворение. Поэтому объяснил, – Не бухать же же с тобой обычным алкоголем, неживой.
Нужно было несколько минут, чтобы привести мысли в норму, чтобы в голове вообще появились хоть какие-то мысли. Эйфория от укуса Хейеса рассасывалась в крови неохотно, щедро сдобренная дозой вампирской крови до этого. Как же его повело! А ведь Хейес не Велюр, ему не четыре сотни, чтобы Солт настолько забалдел. Маг поискал глазами место, куда можно сесть и переварить все послевкусие, все ощущения, сплетенные в тугой ком запредельного удовольствия.

Грехи, серьезно?
- Если есть Ад, то и Рай тоже существует, – поделилось прошлое-по-имени-Даниэль откровением на латыни.
Веки сонно дрогнули, когда Блас испанец нашел и облюбовал себе кресло, добрел до него на ватных ногах и уселся так, что с первого взгляда было понятно – в ближайшие полчаса он точно не намерен шевелиться, даже если в Большом Яблоке случится землетрясение.
Уже случилось, откровенно говоря.
Кое-что похуже – Митлайф. И получше – любезный обмен кровью с Хейесом. В мышцах гуляла приятная слабость, голова кружилась, но уже не от выворачивающего наизнанку отката после дневного сеанса церебрально насилия с Локком. Солт лениво двинул рукой, поискал сигареты в кармане пиджака и так же лениво закурил, давая себе время вклематься. И переварить новости о правнуке лорда Семерки. Маг? Еще интереснее.

- Моя… хозяйка.
Мак сщурился, сипло затягиваясь: «Я вообще похож на того, у кого может быть хозяин?»
- Большая девочка. Чтобы позаботиться о себе. Но я все равно хочу знать, если что-то пойдет не так. Если что-то может пойти не так. А мой напарник с Уолл Стрит слишком давно ждет повышения. Я думаю, вам есть о чем поговорить с ним. Прятать от Круга следы участия в этой истории твоего правнука будет он. На уровне всего этого бумажного занудства. Которое, к сожалению, долговечнее памяти живых. Только любопытства, которое грех, у него поболее моего. До безобразия много, я бы сказал.
Во взгляде было больше осоловелой лени, чем попытки прочитать эмоции и мысли собеседника по выражению лица, да и язык развязывался сам собой. Озвученная разгадка «тайны Бреннана» оказалась более интригующей, чем неизвестность до этого. Потому что лорд Семерки все еще говорил с ним, с часовым, хотя наверняка привык решать все вопросы не ниже, чем на уровне сенешелей.
Значит, не мелко ему было, и не зазорно.
- Ну а ты, что будешь делать со своим сопляком? Спрячешь его? Отошлешь подальше? Сам свернешь шею, если узнаешь, что он яшкается с серыми?
«Сейчас же не средние века, чтобы в Круг засовывали силком, выкрав у родни,» - что не отменяло других методов. Столбик пепла осел на пол. Солт вяло встрепенулся и уже начал искать глазами пепельницу, но потом попросту забил. Слишком лень было шевелиться.

Отредактировано Blas Zaragoza (2017-09-01 02:08:40)

+2

6

[indent] Он оскалился, но в этот раз почти дружелюбно. Развязная наглость Сагагосы была из тех человеческих черт, к которым проще привыкнуть, чем пытаться что-то поменять. Как ни крути, к тому же, они друг с другом только что поделились силой — Рейнальд не знал, значит ли это что-то для мага, но для вампира любой добровольный дар, любое движение в сторону такого короткого слияния, более тесного, интимного, чем поцелуй или даже секс, оставляет зарубку в памяти очень надолго. В тот раз все было иначе.
[indent] За льдом он, конечно, не пошел, предпочел последовать примеру Сарагосы и завалился на диван в кабинете, прикрывая глаза и с удовольствием прислушивался к своим ощущениям, к звону растекающегося по телу тепла, к покалыванию на самых кончиках пальцев, в ладонях и между ребер, где горячий, мягкий комок уже начинал рассасываться. Сарагоса что-то говорил, но Рейнальд не особенно к нему прислушивался, хотя каждое слово фальшивой заботы о напарнике с Уолл Стрит и деланной уверенности в том, что Велюр ничего не грозит или что она может себя защитить, достигало его слуха и до поры откладывалось в дальний ящик сознания. Торг продолжился, стоило Сарагосе чуть обрести себя прежнего, получить себя назад, и губы кривила едкая усмешка — Рейнальд рассчитывал на нечто большее, чем просто повышение какого-то там мага в Круге или пару машин, о которых, правда, речи уже не шло.
[indent] — Ты все еще не ответил на мой вопрос, — мягко напомнил Рейнальд, поворачивая к нему голову. Злость и недовольство прошли, им на смену привычно пришло любопытство и сдержанный интерес. Ему нравилось, когда его удивляли, не нарушая при этом границ его территории, не вламываясь нагло за закрытые двери или не пытаясь кому-то из его семьи навредить, но Сарагоса был случаем особенным — сегодня нарушил тучу неписаных правил их мира, но умудрился оказаться гостем в конце концов. — Зачем тебе знать о том, что происходит в Семерке? Или о том, что творится ночью на улицах? Про улицы тыы должен знать больше меня, часовой, а если ты говорить про передел территории де Вайи...
[indent] Рейнальд замолчал на мгновение, прищурившись. Что знают в круге о решениях Семерки? Ровно то, что позволяет им знать Ференц. А Ференц не хочет войны на улицах города. По крайне мере, не сейчас.
[indent] — Совет кланов против. Но есть сильные кланы, которые много лет ждут места в Семерке, и они будут давить на Мадараша в принятии решений. Не забывай о Триаде, — напомнил он после паузы, снова отводя взгляд и прикрывая глаза, — они тоже там засветились.
[indent] Если где и начнут стрелять, то это в китайском квартале.
[indent] — С Ричардом пока ничего не буду делать, — сказал Рейнальд, лениво убирая с лица волосы, липкие от крови мага. — Я полагаюсь на твое слово. Но если что... я придумаю, что делать.
[indent] Если кому и свернут шею, если история пойдет дальше, то это Сарагосе. И в этом случае едва ли это будет разбирательство один на один.

+1

7

- Моя хозяйка живет на территории Триады. Этого достаточно в качестве ответа на твой вопрос? Или у тебя есть другие причины и другой интерес, кроме личного, беспокоиться о твоем Бреннане?
…если итоговый вопрос вообще звучал именно так. Наверняка знал же, сука, кровосос, как зовут «хозяйку» и чем она занимается, раз упомянул. Это не звучало как угроза, да и внимания на этом Хейес особо не заострял – и это располагало к тому, чтобы не прятать тему и не открещиваться от Велюр.
- Я тебя понимаю. А ты? Осталось в тебе хоть что-то человеческое, чтобы понимать нас, людей, м-м, неживой?
Понимать тех, кто амбицизен в равной степени с теми, кто непомерными амбициями не обладал. Возраст во многом диктует стереотипный образ. Большой возраст предполагает, что ты прошел долгий и непростой путь на самый верх. Не-большой – что тебе не хватит опыта, умений и знаний, чтобы сидеть бок о бок с древними, которые лучше других знают, каким должен быть мир.
Ошибки прошлого не могут застраховать от ошибок будущего. Удачи прошлого не становятся абсолютной гарантией удач в будущем. Это Солт знал по себе. Моргнул, лизнул пальцы и сжал ими тлеющий уголек, затухающий почти беззвучно. Маг достаточно вклемался, чтобы ему снова стало скучно сидеть на одном месте – пружинисто поднялся, выкидывая окурок в пепельницу на краю стола.
- На улицах, да… На улицах уже собирают митинги. Смешно, м? Весь Манхэттен может порваться пополам. С треском. Как лист бумаги. А всех волнует, как клыкастые мрази причастны к взрыву.
Беспокойства в голосе почти не было. Велюр сможет справиться с обезумевшей толпой, хотя толпы пока никто толком не ожидал. Как и массовых погромов. Одиночные акты мародерства и вандализма не в счет.
- Если среди погибших будет пара имен магов из Круга. Или анархов – будет кому поднимать такой же шум? Кому и где?
«Который ты уже по счету, Хейес, кто пытается тыкать мне тем, что я должен знать, что происходит на улицах». Застрелись, лорд Семерки, и встань в конец очереди – ни один часовой не будет отчитываться ни перед кем, кроме Круга, за происходящее на его территориях. За своими бы последил – рвануло-то в Мидтауне, при желании можно натянуть всю Фианну, в меньшей степени, чем какой-нибудь другой клан, конечно. Заставить пойти на уступки, подвинуться и быть поскромнее, например.
- Могу поспорить, что сенешель Гринпоинта за долгие годы службы успел накопать много чего интересного про де Вайи. Не удивлюсь, если в ближайшее время что-то пустят в ход. Сам же говоришь, многие сильные кланы ждут места в Семерке. Это похоже на футбол – все равно что болеть за любимую команду. У меня вот есть такая в Нью-Йорке, Санграда. Отличные ребята, хотя из ваших, кровососов, – Солт не стал садиться и направился к выходу из комнаты. – Где у тебя виски? Не говори, что нет и не было. У тебя должен быть отличный бар.

+1

8

— На кухне. Средняя дверца.
Рейнальд не пошевелился, когда маг по-хозяйски покинул комнату и пошел искать бар, чтобы догнаться, видимо, окончательно до полной кондиции и потерять всякую способность вести связную, внятную беседу — уловка, которой часто пользуются, когда не хотят говорить. Он прислушивался к возне Сарагосы за стенкой, к звону бокалов и тихому щелчку отлетевшей крышки... конечно, он взял новую, непочатую бутылку, а чего еще можно было ожидать о развязного, хамоватого гостя, который, наверное, и у Мадараша дома будет дерзить и делать вид, что он здесь на коне, что он может диктовать условия.
Нет, конечно. Сарагоса может сколько угодно пользоваться его гостеприимством и испытывать на прочность его терпение, притворяясь, что его в этих стенах держит только праздное любопытство и запах возможной награды за молчание — Рейнальд не верил ему в этом ни мгновения, и даже тот факт, что маг теперь знает правду о Ричарде, не изменит ничего. Не может изменить. Они оба достаточно прожили на свете, чтобы понимать и отдавать себе отчет в том, что между кланом и жизнью одного единственного мальчишки не может быть выбора, а это значит, что Блас может только блефовать теперь, бравируя этим знанием.
Вставать было лениво. Лениво продолжать этот разговор, который может очень долго крутиться вокруг сути, так и не подобравшись к главному — они оба мастера ходить окольными путями, оба знают, что в этой игре побеждаете тот, кто дольше может плести слова и вынуждать собеседника сделать первый шаг. С гораздо большим удовольствием он бы сейчас просто закрыл глаза и лежал бы, наслаждаясь постепенно затухающими ощущениями, но запах крови екочет ноздри слишком сильно. Тревожится Тень. И звон стакана мешает расслабиться.
— Я не меньше твоего хочу разобраться в том, что случилось в Митлайфе, — Рейнальд замер в дверном проеме, наблюдая за тем, как маг от души наливает себе виски в стакан, орокидывает в себя почти полностью. — Хотя бы потому, что вся эта...неприятная история с клиниками — логическое продолжение чьего-то эпического недосмотра. Мне бы хотелось знать, кому я обязан своей новой головной болью. Ну и кроме того...
Он медленно вытащил сигарету из пачки, задумчиво постучал фильтром по нижней губе, разглядывая окровавленный воротник рубашки Сарагосы, потом поднял глаза на его лицо.
— Я тоже понимаю тебя. И тебя, и Круг. Все действуют в своих интересах, не так ли? Кто-то хочет нажиться на случившемся, кто-то хочет продвинуться выше, как те кланы, которые спят и видят себя в Семерке... кто-то просто хочет затаиться и переждать бурю. Одни ищут справедливости, другие — выгоды. Знаешь, в чем отличие между мной и Мадарашем, Сарагоса? — добавил он после паузы, закурив. — Мадарашу уже давно все равно.
Кажется, это ни для кого не секрет, но многие упорно делают вид, что этого не замечают. Что не видят пустоту  глазах древнего, единственной целью которого стало пресловутое сохранение баланса, где им отведена роль щита между магами и людьми, которые выбирают мишенью то, что им наименее понятно.
Рейнальд шумно втянул носом воздух. Даже запаха было уже достаточно, чтобы снова кружилась голова.
— Хотя я ег понимаю. Никто не хочет видеть, как рушится им же выстроенный мир. Потому Семерка будет молчать и делать все, чтобы отвести от себя подозрение. Если придется скормить де Вайи общественному мнению, так и будет. И Триаду тоже, Сарагоса. Чан Шу бросает тень и на них тоже. Так что если придется устроить чистки или погромы, дать толпе найти виноватых, Мадараш это сделает, пусть даже не хочет этого.
А чего хочешь ты?
Хороший вопрос, правильный.
Ты хочешь правды, Рейнальд, как всегда.
Он криво усмехнулся, стряхивая пепел на столешницу.
— И это, как ты понимаешь, не официальная позиция Семерки.
А ты чертовски рискуешь сейчас.

+1

9

- И Триаду тоже, - сказал Хейес, а Солт навострил уши. Во взгляде мелькнула цепкая заинтересованность – маг обжег вампира внимательным взглядом и долил себе еще виски. После первого стакана захорошело достаточно, чтобы не задаваться вопросом, зачем Хейес продолжает этот разговор. Ясно же, что образцово-показательных в разрезе «хорошие» и «плохие» в понимании широкой общественности вампиров из Семерки просто так никуда не денут.
Или денут? Гребанные китайцы как клопы – щемятся в своем Чайна-тауне, но вони на весь Нью-Йорк. Зато не так часто мелькают в сомнительных заголовках другие кланы. Не мелькали. Пока Локк не додумался влезть в фиановские клиники.
- О каком недосмотре ты говоришь, почему логическое продолжение?
Солт растер пальцами переносицу и закурил. Слишком много фактов, которые слабо связаны между собой. С непривычки думать в этом ключе было тяжко.
Де Вайи отчасти было даже жалко, пассивной жалостью торопящегося по своим делам прохожего. Триаду – ничуть. Клиники Фианны не волновали вовсе. Как и Локк, который вполне мог к этому моменту поехать крышей. Об этом маг сообщать не стал – в Круге за такое по голове бы не погладили, поэтому лорд Фианны пусть сам разбирается, как добиваться чего-то от журналиста, если тот уже только и может, что пускать слюни.
- И кто твой фаворит? Де Вайи или Триада? Или оба?
Солту никогда не нравилась Триада. Льюис вполне мог найти общий язык с Блэккетами. Блэккеты вроде как были не против убрать неудобных китайцев куда-нибудь подальше, желательно из Нью-Йорка. Если не пиздели. Из всего этого можно было бы слепить что-то дельное, если бы Триаду, несмотря, а, может, благодаря их не самой чистой репутации так старательно не прикрывали.
- Кого бы ты предпочел видеть в Семерке, если бы пришлось выбирать?
Смотрел на него Хейес как-то странно. То ли посчитал вопрос идиотским, то ли раздумывал, как выставить часового из квартиры без сломанных костей у одного из них или обоих сразу. «Доказательства тебе нужны, а не то, что случилось на самом деле,» - недоверие к словам вампира, не-такого-как-Мадараш-которому-уже-все-равно, вспыхнуло с новой силой.
Изабель Бланшар.
Чья кантора совершенно случайно отправила ценный груз не туда, то есть на склады Сарагосы, где отродясь не хранилось ничего ценнее тунца, откуда ценный груз совершенно случайно пропал. Запах машинного масла у Митлайфа и черная маслянистая пленка, затянувшая разбитый асфальт.
- Я думал, что таких, как ты, интересуют последствия, а не правда. То, как эту правду можно использовать. К собственной выгоде. Нижний Манхэттен может перестать существовать в ближайшее время. Тогда будет неважно, кого скормят общественному мнению. Я был на руинах, я видел, во что…
«…вырастает гнев Левиафана…»
- Как выглядит Разрыв. Кто из вас, вампиров, также видел это? Как ты понимаешь, это не позиция Круга. Даже на неофициальном уровне. Никто и никогда не скажет об этом вслух.
Баш на баш - откровенность на откровенность. Солт резко выдохнул, поправил локус и снова взялся за бутылку. Начинал злиться. Это было лишним.
-  Действительно хочешь разобраться? Тогда расскажи, что делает в Нью-Йорке Изабель Бланшар. Взрыв произошел на территории Фианны. Теперь еще еще твоя бывшая любовница объявилась. Потеряла груз серых. Серые недовольны. Хуже всего, что терять она его начала с момента, когда случайно отправила его на склады, принадлежащие мне, и теперь я в этой истории по уши, как в дерьме. Так зачем твоя любовница здесь, на самом деле?

+2

10

Я не король тут, чтобы выбирать фаворитов — хотел было сказать, но промолчал.
Но ты хотел бы.
Рейнальд внимательно посмотрел на Сарагосу, который с упорством маньяка гнул свою линию и пытался добиться у него ответа на вопрос, который и задавать не стоило, особенно после того, как он четко дал ему понять, на что готов Мадараш. Ключевым словом была фамилия древнего, против чьего слова не пойдет даже Круг, и Рейнальд сомневался, что Бласу Сарагосе стоит в это лезть — не из внезапной вспышки альтруизма или заботы к неближнему своему, исключительно ради того, чтобы вампирские разборки и интриги остались вампирскими разборками и интригами.
Но ты бы предпочел де Вайи, правда?
А правда была в том, что сложившейся ситуации это было совершенно неважно, все это было глупой мышиной возней на фоне пожара, готового пожрать и амбар, и зерно, и мышей — мир сдвинулся в момент, когда обрушился Митлайф, и Рейнальд внимательно, изучающе разглядывал мага, наклонив голову к плечу и перебирая в голове все, что прозвучало между ними в этот вечер, стараясь отмести пустое и оставить только действительно важное...получалось скверно. В городе происходило слишком много всего, чтобы точно решить, какие события и какая информация достойна внимания, чтобы определиться, за какую из множества нитей пытаться ухватиться и распутать клубок, у которого пока не видно конца, зато начал — хоть отбавляй.
Он знал, что груз компании Изабель был одним из них, и когда Сарагоса неожиданно спросил про нее, Рейнальд на мгновение растерялся, в потом почувствовал, как его берет злость и раздражение — прошлое продолжало лезть в настоящее и мешать с определенностью смотреть в будущее, но глупое совпадение, даже цепочка глупых совпадений, сводили на нет любые попытки договориться хоть о чем-то, и Рейнальду снова захотелось просто выставить Бласа Сарагосу за дверь и забыть о том, что он вообще к нему приходил. Перестать пытаться понять, зачем он на самом деле пришел.
— Мог бы с этого и начать, Сарагоса, — ядовито прошипел Рейнальд, резко выбрасывая сигарету в раковину, даже не затушив. Он шагнул к часовому, быстро, напористо, понимая прекрасно, что сейчас рискует и нарывается, понимая, что разговор свернул куда-то не туда и пошел не о том, но он в то же время не чувствовал в себе никакого желания возвращать его обратно. — Мог бы сразу сказать, чего тебе от меня нужно. Я не люблю, когда меня держат за дурака и водят за нос. Я не люблю, — он подошел вплотную, так близко, что запах подсыхающей крови показался сродни запаху свежей, и лицо щекотнуло горячим дыханием, в котором мешался запах табака и дорогого виски, — когда со мной пытаются играть.
Это была очень скверная идея, очень.
— Я смотрю, ты занятно осведомлен о моей личной жизни. Не знаю, кто тебе рассказал, — знаешь, догадываешься, верно? — но тебе этот некто, видимо, забыл поведать одну маленькую деталь. Но важную. Изабель Бланшар, будет тебе известно, одиннадцать лет назад уехала из страны и не возвращалась, контактов с кланом не поддерживала, так что я не несу за ее действия и косяки ответственности, и нести не собираюсь. Так что нечего мне совать под нос проколы тех, кто работает с Кругом и доставляет вам грузы. Есть вопросы — сходи к Изабель и спроси.
Он слишком явно злился, и это было скверно. Так же скверно, что все так неудачно совпадало, и в словах Бласа была непререкаемая правда стороннего наблюдателя, которому только и остается, что собирать и сопоставлять факты, а они ничего хорошего не говорили о Фианне и всех, кто с ней связан.
И Сарагоса, пока что, был первым, кто открыто ему про это сказал.
— Я ответил на твой вопрос?
Рейнальд хотел бы вернуться к обсуждению Разрыва, который видел сам. Но хуже того — чувствовал, когда всякий раз входил в Тень, обостренным чувством того, кто одной ногой всегда там, но теперь казалось, что происходящее Сарагосу не волнует совсем. Все, что было сегодня вечером, даже Ричард и клиники, — не более чем предлог, повод вломиться к нему и попытаться узнать ответ на вопрос о складах и чужой ошибке, к которой он не имеет отношения.

+2

11

Агрессия вампира была неприкрытой и слишком неожиданной - опасной. Чем меньше дистанция, тем меньше времени на ответную реакцию, которая в данном случае могла быть только одной – еще одним ударом чистой силы в Тени, более разрушительным, чем ранее на входе, потому что времени для контроля не хватило бы. Только после такого фокуса увозить Сарагосу из квартиры Хейеса будут на скорой. Да, несмотря на выпитую кровь. И если кровосос вообще озаботится тем, чтобы набрать 911.
Судя по тому, как смотрел – скорее прикопает в Центральном парке, пока никто не хватился.
Плечи напряглись, вены обожгло страхом и адреналином.
Маг смотрел на Хейеса в упор, и, невольно, из-под лобья – кровосос стоял слишком близко и был выше. Руки чесались схватить его в ответ за грудки и  хорошенько встряхнуть или оттолкнуть подальше от себя. Неразумно, хотя Тагиру тем более было наплевать на то, что реальность полыхнет вокруг синим пламенем, а сердце, качающее кровь по венам и артериям, лопнет пополам. Не лги себе, выдержит, как выдерживало всегда, ведь это я твоя страховка от несчастных случаев, болезней и старости.
- Сбавь обороты, лорд Фианны, - не столько сказал, сколько прошипел Тагир. – Повторишь это – и я ударю.
Тлеющая в пальцах сигарета обожгла фаланги. Солт ругнулся и скинул ее туда же, куда отправил свой окурок вампир. Взялся за стакан с виски, пустой, не особо вежливо локтем оттеснил от себя Хейеса, доливая из бутылки новую порцию спиртного.
«Ответил? Нихера, Хейес!»
Загадка за загадкой, весь вечер, и если интригу с Бреннаном можно было привязать к его родственной связи с вампиром, а то, что кровосос все еще не выставил мага за порог к врожденной любознательности, то взрывная злость вампирского лорда из-за проебавшейся более десятка лет назад любовницы была слабо понятна.
…если только Хейеса не успели заебать этим вопросом все окружающие так же, как самого Сарагосу со взрывом Митлайфа. Что было бы странно, потому что масштабы этих двух событий явно разные.
- Ты не выгнал ее из клана одиннадцать лет назад. Сейчас она все еще часть Фианны.
Ходить по чужим мозолям не особо-то умный поступок – это Солт так уговаривал себя тоже сбавить обороты и не нарываться дальше. Помогало слабо.
- Поэтому – не ответил. Будешь ли ты выставлять претензии, если во всей истории с пропавшим грузом крайним окажется ровно один не-человек – Изабель Бланшар. Меня такой расклад бы устроил. Упростишь серым задачу, выставишь ее из клана до того, как все закрутится?
«Порадуешься, если ее подставят? Получишь официальный карт-бланш, чтобы выставить из клана?»
Про Триаду Хейес ничего толком не ответил, про Изабель - рявкнул, про Бреннана не сказал, припечатал, и единственное, в чем был уверен Сарагоса к текущему моменту разговора, что лучше бы и впрямь сопляку оставаться в тени и подальше от этой истории.

Отредактировано Blas Zaragoza (2017-10-03 02:06:29)

+2

12

Первым желанием было спровоцировать его все же ударить — вены сладко тянуло силой, которая только и ждала момента вырваться на свободу и все тут разнести к чертям, треснувшие зеркала покажутся легкой рабью на воде, когда придет настоящая буря, настоящий магический шторм, и ему было даже плевать на очевидное. На то, что перед ним опытный маг, способный если не растереть его в пыль, то вытряхнуть душу и заставить потом неделю или больше копить силы, прятаться от всех в четырех стенах и просто спать, не приходя в сознание... он знал также, что и Сарагосе не покажется это легкой прогулкой, но Рейнальд в последний момент себя остановил. Сжал зубы и резко выдохнул, пока маг продолжал хлестать его виски и требовать ответа на вопросы, задавать которые не имел никакого права — не здесь, не в его доме, но... Осознание причин происходящего хлестнуло по лицу плетью и мгновенно привело в чувство, так, что даже желание врезать пропало. Рейнальд прищурился, недовольно, но вместе с тем с любопытством разглядывая мага, что пришел к нему сегодня с одной единственной целью — понять, что именно будет лежать на чаше весов и кто будет сидеть за столом в момент, когда будут сравнивать тяжесть чужих грехов и проступков, кто протянет руку, чтобы снять гирю с чаши и сказать происходящему "довольно!". Понять, кто будет в происходящем замешан, чтобы оценить свои шансы уцелеть — или чтобы банально выбрать сторону или просто остаться в стороне, раз уж так вышло, что его имя случайно или неслучайно всплыло в деле, в котором даже не его территория пострадала от взрыва, оглушившего полмира.
— Часть Фианны, — эхом повторил Рейнальд, улыбаясь едва заметно, самым уголком губ, — кажется, это мне решать, кто все еще часть Фианны, а кто — нет, часовой.
Круг умел быть назойливым. Он все еще не мог взять в толк, как именно говорит с ним Блас Сарагоса — как часовой, как официальный служащий Круга Серых, наделенный полномочиями, правами и обязанностями, или как частное лицо, по стечению обстоятельств оказавшееся вовлеченным в чужие, его не касающиеся дела. Этот вопрос требовал ответа, как и многие другие, которые крутились на языке и жгли небо, как стая ос, каждый рвался вперед другого и пытался сорваться с губ, которые все еще складывались к кривую усмешку, полуулыбку-полуоскал.
А тот все еще ждал своего ответа, а Рейнальд толком и не знал, что отвечать.
Что он хочет на этот вопрос ответить.
Ты ведь тоже когда-то сбежал, правда? Но три года не одиннадцать лет, хотя обстоятельства до тошноты похожи и это сходство теперь колет глаз неприкрытой правдой, фактом, что Шэйн его все равно считал своим сыном, своим Первым, частью клана и частью семьи... несмотря ни на что. Пусть это выяснилось много позже, но отмахнуться от истинного положения вещей не так уж просто, тем более теперь, когда весь клан будет смотреть и внимательно следить за тем, как он поступит, если вдруг у Изабель в самом деле начнутся проблемы с Кругом и Грейстоуном.
А у него за плечом один из лучших адвокатов страны, между прочим.
Младший брат, который хорошо умеет решать чужие проблемы — и создавать их тоже. Сестра, которая отлично считает деньги.
— Но ты прав, пожалуй, — неожиданно легко добавил Рейнальд, пододвигая себе стул и усаживаясь на него. — Формального изгнания, засвидетельствованного другим лордом не было. В таком случае ты сам знаешь ответ, мы не бросаем своих... несмотря на обстоятельства.
Несмотря на обстоятельства — формулировка в духе Деклана, не иначе, не его формулировка, не его слова. Хотя она тебя предала, обманула, бросила и забыла, хотя она бросила весь ваш клан, когда тебе была нужна помощь. Рейнальд на мгновение опустил взгляд, затем снова поднял к лицу мага.
— Я по-прежнему не намерен нести ответственность за то, что случилось у ее компании и отвечать за чужие оплошности, но упрощать вам задачу нет, не буду. Такой ответ тебя устроит? А Круг? Тебя прислали предложить мне постоять в стороне, пока вы браво спихиваете всю вину на кого-то одного?
А ведь ты не хотел в это лезть. Рейнальд хорошо помнил их первую встречу, когда он сам предложил помощь, но помощь и только — не решение чужих проблем, которые, как оказалось, куда серьезнее, чем показалось сперва, и это злило. Она снова ему не сказала всей правды, а теперь приходится вести эти переговоры с Сарагосой, хотя в сущности ему общаться не стоит ни с кем ниже сенешаля.
— И все же, Сарагоса... ты ведь не от имени Круга говоришь сейчас, так? — Рейнальд снова прищурился, прислушиваясь к волнениям в Тени. — Ты со мной от начала до конца Блас Сарагоса, маг и предприниматель, но не часовой, так что вернись с небес на землю, маг, у нас здесь все неофициально. И драка тоже была бы неофициальной. Я от тебя устал, потому озвучь мне просто, чего тебе надо от меня или проваливай. Я ответил на все твои вопросы, или что-то еще осталось, что можно обсудить без излишнего раскидывания угроз?

0

13

«Вот ведь с-сука!» - так толком ничего и не сказал. В штатах мало кто из кровососов пробовал кровь мага, перешагнувшего две сотни лет жизни, но, все-таки, Хейеса повело с нее недостаточно, чтобы у него развязался язык. Нужно было добавить, пока вампир еще смотрел на мага, как на кусок стейка – а сейчас уже хрен, вампир собран, сосредоточен и недвусмысленно указывает на дверь.
Солт недовольно цокнул языком.
Даже Велюр начинало тянуть на откровенность с пары глотков. Но не Хейеса, который в ответ любезно вешал лапшу на уши часовому про не-такой-как-Мадараш, чтобы развести на треп.
«…если только лорду Фианны и впрямь не все равно. Сам-то ты не врал ему про Велюр и Льюиса, сразу, как только глотнул его крови… Да нет же, Господи, чушь-то какая!».
Маг коротко нахмурился, встряхнул головой и не стал отрицать очевидное:
- Говорил бы я от имени Круга, не притащил бы тебе Бреннана, вообще.
«…сколько ты заплатишь за голову Мадараша? Тагир давно жаждет явить силу огненной саламандры Большому Яблоку!» - Солт хохотнул, отлипая от гарнитура и делая шаг вперед. Задерживаться дальше смысла не было.
- Вот своему сопляку и рассказывай сказки про то, как злой Круг браво спихивает на кого-то одного. Сам-то ты сделаешь то же самое, не задумываясь, как и вся Семерка, если будет такая возможность.
Пока за Бланшар стоит Фианна, слабое звено в истории с грузом – Солт. Но пока за Бланшар стоит Фианна, у мага есть время. Блядская все-таки жизнь наступила! Каждый раз облегченно выдыхать и жить от одной отсрочки до другой. И так до тех пор, пока дело Митлайфа не окажется лежащим в архивах, что вряд ли произойдет в ближайшие полгода. Под взглядом Хейеса Солт застегнул ворот рубашки, поправил галстук, продолжая говорить, хотя устал не меньше, чем кровосос, от самого себя, всех этих долгих разговоров, больше напоминающих попытку пробить лбом стену, от слишком долго дня.
Последнее – самый веский повод для того, чтобы махнуть на все рукой и поехать отсыпаться.
Хотя Льюис, сука, наверняка прокатится по тому, что напарник теряет хватку.
Или еще хуже – промолчит, сделав мысленную пометку.
«Да и пошел бы ты в жопу, Льюис!»
- Я прикрою твоего Бреннана, как и обещал. Надеюсь, в ответ он не подставит меня. Он и ты – вы оба.
Напоминать про вторую часть сделки, о Чайна-Тауне, не стал, как и оставлять визитку. Только бархатно и белозубо оскалился, в ответ на очередной непонятный взгляд Хейеса.
- Что? Ты ожидал предложения на миллион, от которого невозможно отказаться? Я часовой, не регент и не сенешель. Ты знал, кого пригласил войти в свой дом и задержаться для разговора.
По пути до выхода откровенно вело – действие выпитой вампирской крови, вопреки ожиданиям, не закончилось и послевкусие тянуло под языком. Солт небрежно обулся, так же небрежно, как до этого поправлял галстук, перекинул через сгиб локтя пальто и вышел за дверь.
Спонтанные переговоры завершились ничем. Печальный факт для часового Бласа Сарагосы - лорд Фианны, сука, действительно поумнел.

0


Вы здесь » Fade to Black » Over and Done » Все покоя нет им


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC